ГлавнаяМир

Новый бюджет ЕС. Ни слова о последствиях

Четыре дня и четыре ночи лидеры ЕС вели жаркие дискуссии о будущем союзном бюджете на последующие семь лет. На кону был «план спасения» – многомиллиардная программа, призванная помочь государствам-членам блока, наиболее пострадавшим от коронавируса и последовавшего за ним экономического кризиса, оправиться от нынешних и будущих значительных финансовых потерь. 

После многочасовых прений удалось достичь весомого результата – семилетнего бюджета в свыше триллион евро, а также 750 млрд евро на программу послекризисного восстановления – «Последующее поколение ЕС». 

Как заявил бывший премьер Финляндии Александр Стубб: «Я очень хорошо помню финансовый кризис, кризис суверенного долга, который превратился в кризис еврозоны. Нам потребовалось четыре года, чтобы создать Европейский стабилизационный механизм. А в этот раз можно сказать, что обсуждение пакета в 750 миллиардов заняло четыре месяца. Это свидетельство очень глубокой европейской интеграции»

Александр Стубб
Фото: wsj.com
Александр Стубб

Подобные победоносные реляции можно было услышать не только из уст бывшего высокопоставленного финского чиновника, но также и от лидеров Франции и Германии, глав европейских бюрократических институций – тех, кто более всего продвигал подобную инициативу. 

Впрочем, не нужно думать, что переговоры прошли в мирной и спокойной атмосфере. Северная Европа, как обычно, значительно навредила планам южан и создала для них далекоидущие негативные экономические последствия. В то же время представители Восточной части континента лишь временно уберегли себя от дальнейшего политического давления: в последующем не исключено, что их вновь попробуют заставить выйти за пределы привычных для них консервативных ориентиров. 

Однако самое важное, что показал минувший саммит глав ЕС, – свидетельство того, что Европа политически становится более левой. За этим же априори последует правая реакция. И вопрос лишь в том, какой она будет. 

«Каких вам реформ … ещё не хватает»?

Что такое 750 миллиардов евро? Это – внешние займы, которые будет брать Евросоюз на всевозможных финансовых рынках. Иными словами, мы имеем дело с, если хотите, совместной задолженностью. На это согласились все без исключения лидеры стран Содружества. И, конечно же, подобное заслуживает отдельных похвал.

Канцлер Германии Ангела Меркель, президент Франции Эммануэль Макрон (в центре) и другие участники встречи на четвертый день саммита в Брюсселе, 20 июля 2020.
Фото: EPA/UPG
Канцлер Германии Ангела Меркель, президент Франции Эммануэль Макрон (в центре) и другие участники встречи на четвертый день саммита в Брюсселе, 20 июля 2020.

Ранее, правда, Брюсселем, Берлином и Парижем предлагалось, что из этих денег 500 миллиардов будет роздано наиболее пострадавшим странам (таким, как Италия) в виде дотаций (даром) и 250 миллиардов в качестве кредитов. Затем пропорции нечто изменились: безвозвратная помощь была уменьшена до 390 млрд, а займы были доведены до уровня в 360 млрд.

Основными приверженцами такой политики стали страны «бережливой пятерки» – Нидерланды, Австрия, Дания, Швеция и Финляндия. Во главе с нидерландским премьером Рютте и австрийским канцлером Курцем они добились значительного увеличения кредитной доли.

После прений, который возникли у них с итальянской стороной, удалось договориться о механизме управления целевыми средствами. Так, отдельный член ЕС может возражать против дальнейшего выделения средств для той или иной страны, если та не выполняет ключевые требования: не проводит реформ (рынка труда, пенсионной и пр.), которые нужны для развития послекризисной экономики.

«Да, прекрасно, что страны будут получать гранты на восстановление, но что я отвечу людям в Нидерландах, когда они спросят, на что потрачены их деньги в других странах?», – отмечал Рютте в перерывах между жаркими прениями.

Премьер-министр Нидерландов Марк Рютте
Фото: EPA/UPG
Премьер-министр Нидерландов Марк Рютте

Здесь сразу возникает одна очень важная проблема – возможность пострадавших южных стран выплачивать по взятым займам. Довольно тяжело представить руководство Италии (страны, которая многие годы живёт с крупной дырой в бюджете, с весомым дефицитом и огромным госдолгом), которое пойдёт на непопулярные шаги и резко сократит растратную часть. А даже если и сократит, даже если проведёт часть реформ, как они будут гасить последующие кредиты, когда у них нынешние дотации ЕС не смогут покрыть накопившийся долг?

Иными словами, северяне в очередной раз создали для своих южных соседей долгоиграющие экономические проблемы, которые в последующие семь лет дадут о себе знать. За этим лишь последует усиления позиций итальянских и других популистов, которые явно будут выступать против политики либеральных северных стран.

Справедливость не восторжествовала

Все страны участники должны погасить свои задолженности до 2058 года. Это, как правильно указывает издание The Financial Times, повлечёт за собой истощение бюджета Содружества: участники будут меньше финансировать блок и больше заниматься своим внутренним проблемами. Из этого, что очевидно, может последовать куда более резкая политическая повестка, связанная с таким явлением, как изоляция отдельных стран.

Вы можете представить, чтобы вам банк выдавал кредит, не спросив у вас предварительно об источниках ваших доходов – о том, как вы планируете погашать задолженность? А лидеры ЕС сделали именно так. Они не дали рецептов того, как в эпоху кризиса, при значительных тратах, увеличивать или хотя бы держать на уровне докризисного доходного часть бюджетов многих стран Содружества.

Президент Европейского совета Чарльз Мишель и президент Европейской комиссии Урсула фон дер Лейен во время саммита Европы в Брюсселе, 21 июля 2020
Фото: EPA/UPG
Президент Европейского совета Чарльз Мишель и президент Европейской комиссии Урсула фон дер Лейен во время саммита Европы в Брюсселе, 21 июля 2020

Так, лидеры государств Евросоюза ввели новый налог на пластиковые отходы. Однако они не продвинулись в идее учредить дополнительны экологические, цифровые и другие сборы. И это при том, что в бюджете ЕС впервые появились обязательные траты, связанные с защитой климата.

На этом фоне противоестественными выглядят преференции, которые уже получили немцы и представители стран «бережливой пятёрки», уменьшившие свои привычные ежегодные взносы в бюджет ЕС. А отдельный Рютте вообще добился того, чтобы Нидерланды получили наибольшие доходы от таможенных платежей, которые пропускает главный морской порт Европы, расположенный в Роттердаме.

Вряд ли сложившуюся ситуацию можно назвать справедливой: ведь отдельные страны получат долги, которые лягут тяжёлым бременем на их граждан, а другие – скидки и значительные преференции. За всем этим также со временем последуют протесты, и это приведёт к росту правых сил в Европе.

Такое странное верховенство права

Рютте, и лидеры стран, поддержавших позицию нидерландского премьера, активно спорили с премьерами Венгрии и Польши – Орбаном и Моравецким. Атакующая сторона настаивала на том, чтобы в рамках механизма выделения и контроля за выделенными средствами значился предохранитель в виде остановки финансирования, если та или иная страна не выполняет или нарушает нормы верховенства права.

Ясное дело, подобные заявления прямо относились к представителям Венгрии и Польши. Обе страны обвиняют в давлении на судебные органы, в атаке на свободу слову и в нарушении или, точнее, в нежелании следовать принципу защиты основных прав человека. По статье 7 Договора Евросоюза им грозят санкции вплоть до приостановки права голоса в Совете ЕС.

Премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий прибывает на третий день работы Европейского Совета в Брюссель, Бельгия, 19 июля 2020 года.
Фото: EPA/UPG
Премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий прибывает на третий день работы Европейского Совета в Брюссель, Бельгия, 19 июля 2020 года.

«Есть очень общая норма относительно верховенства права, которой, как мы хорошо это видели в Польше за последние несколько лет, сильно злоупотребляли. С таким общим условием мы не можем согласиться. Это инструмент в руках более сильных стран, которые могут начать шантажировать другие страны», – заявил Моравецкий. 

В то ж время, как обозначил министр юстиции Польши Збигнев Зебро, трактовка верховенства права Европейской комиссией не ограничивается лишь измерением справедливости. Еврочиновники вкладывают туда также понятия, связанные с разрешением абортов, легализацией гомосексуальных браков и их права на усыновление.

В конечном счёте лидеры ЕС отказались автоматически привязывать вопрос выплат к соблюдению норм верховенства права, сформулировав механизм, при котором Совет ЕС сам (при помощи квалифицированного большинства) будет решать: кому отказывать в дотациях и кредитовании в случае нарушения тех или иных «демократических принципах».

Каждая сторона после этого заговорила о достигнутой ею победе. На самом деле от этого проиграли абсолютно все. Польша и Венгрия – по той причине, что им придётся столкнуться спустя какое-то время с очередным витком давления со стороны своих партнёров, которые спят и видят, чтобы ослабить позиции более правых во взглядах восточных соседях. А западные и северные государства ЕС – потому, что поляки, венгры и им подобные с каждым годом будут всё дальше изолироваться и говорить о сугубо национальных интересах. Тем более что та же Польша вскоре перестанет получать привычные для неё дотации от Евросоюза. Варшаве придётся отдавать. А этого она делать не желает.

Слева-направо: премьер-министр Нидерландов Марк Рютте, президент Европейского совета Чарльз Мишель, президент Франции Эммануэль Макрон и президент Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен во время саммита в Брюсселе, 21 июля 2020
Фото: EPA/UPG
Слева-направо: премьер-министр Нидерландов Марк Рютте, президент Европейского совета Чарльз Мишель, президент Франции Эммануэль Макрон и президент Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен во время саммита в Брюсселе, 21 июля 2020

Тот – налево, а ты – направо

Спустя время, когда лидеры ЕС закончат принимать поздравления, а национальные парламенты и отдельно европейские институции утвердят новый бюджет Содружества, обновлённые правила игры, европейцы столкнуться с реальной проблемой. И она будет соотносится напрямую с неэффективным распределением средств и отсутствием точных систем контроля, проверки, вообще принципа справедливого дотирования.

Усиления разрыва в уровне жизни Севера и Юга Европы, преференции для отдельных стран Евросоюза, противоборство по линии Запад – Восток – всё это приведёт к пущему политическому расколу на континенте. Сейчас мы видим – с точки зрения развитых стран, таких как Германия или Австрия, – что постепенно в европейском обществе возобладают всё же левые, а местами и ультралевые настроения. Бюджет создан, к примеру, с учётом интересов всё той же «Партии зелёных». Запад Европы диктует Югу и Востоку, какие ценности им необходимо соблюдать, как им выстраивать финансовую модель. Однако при этом карманы первых наполняются, а последних – скудеют. 

Всё это рано или поздно приведёт к недовольству, которое выльется в усиление уже правых – пока что зачастую маргинальных движений. При правильном стечении обстоятельств, точной финансовой поддержке извне, этот инструмент может в очередной раз заставить Евросоюз столкнуться с реальной угрозой раскола. 

Ведь процесс фрагментации не завершился. Он только начинается. Очевидно, что спустя семь лет ЕС будет значительно отличаться от его нынешнего вида. И вопрос заключается в том, какие настроения там будут возобладать – правые или левые. 

То, что мы наблюдаем после принятия нового бюджета, свидетельствует только об одном: европейцы сами подготовили почву для последующих протестных движений, для дальнейшего раскола внутри Содружества, для его возможного разворота направо…

Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook, Twitter и Telegram