ГлавнаяЭкономикаДержава

О минимальной зарплате замолвленное слово

Новость о повышении минимальной зарплаты до 3723 грн облетела рынок вместе с публикацией проекта бюджета, поэтому желание президента Украины поднять минимальную зарплату до 4100 грн стало своего рода сенсацией и сразу же породило толки о возможном инфляционном давлении на гривну, а также вызвало "истерический аукцион" среди политиков, которые начали предлагать избирателям еще большие темпы повышения минималки.

Фото: gregorylee/Depositphotos

Борьба с формальной логикой

Начнем с простых вещей. Бюджет, который уже был проголосован 7 декабря, предусматривает повышение минимальной зарплаты с 1 января 2017 года с 3200 до 3723 грн, или на 16,34%. Это, в принципе, где-то сопоставимо с приростом индекса потребительских цен за 2017 год или даже немного превышает его. Логика правительства в таком решении есть, но она чиновничья, т.е. слишком формальная и оторвана от практики вопроса.

Если взять классическую развертку по индексу потребительских цен (CPI) в Украине, то мы увидим, что только за 10 месяцев 2017 года продовольственные товары выросли на 15%, а, например, мясопродукты – на 29%. Тут еще нужно сделать поправку на официальную статистику, так как приведенные темпы роста цен, скорее всего, вызовут негодование у жителей больших городов, поскольку цены там росли быстрее чем в регионах страны с небольшой плотностью населения или с сельскохозяйственной специализацией.

Увы, дискуссия о том, какой должна быть минимальная зарплата, – это дискуссия о доходах бедных, в структуре потребления которых большую часть занимают коммунальные платежи и продукты питания, а также услуги общественного транспорта.

И если транспорт по официальной статистике подорожал чуть более чем на 12%, то вот содержание домов и придомовых территорий – уже на 45,5%, электроэнергия – на 28%, водоснабжение – на 21,3%.

Таким образом мы подходим к идее, что индексировать минимальную зарплату в Украине лучше не на уровень инфляции, а на некую производную от нее, которая учитывает структуру потребления наибеднейших слоев населения. Президент Порошенко как экс-глава Минэкономики и экс-глава совета НБУ этого не может не понимать. Скорее всего, именно поэтому и появилась идея с 4100 грн. И если мы повышаем зарплату с 3200 до 4100 грн, то это уже прирост в 28,12%. А учитывая, что рост до 4100 произойдет в лучшем случае со второй половины 2018 года, то примерно эта индексация и должна компенсировать малообеспеченным слоям населения потери от инфляции за 2017-2018 гг.

Фото: EPA/UPG

А будет ли влияние на инфляцию?

Эксперты, обвинившие президента и правительство в популизме, не удосужились внимательно и более глубоко взглянуть на цифры, а также на природу инфляции 2017 года. Тут есть несколько факторов, которые указывают нам на более чем скромное влияние индексации минимальной зарплаты на рост цен в стране.

Во-первых, если брать историю вопроса, то в 2016 году минимальная зарплата была на протяжении всего года 1600 грн, а с 1 января 2017 года ее подняли до уровня 3200 грн, т.е. условно на 100% каждому работающему. Теперь же правительство через бюджет уже узаконило повышение минималки еще на 523 грн, а также пообещало после дополнительного анализа повысить ее еще на 377 грн. Всего минималка может быть повышена на 900 грн, при этом повышение именно на 900 грн никто не гарантирует, но обещают. Выходит, что для того чтобы обеспечить рост минимальной зарплаты, в 2018 году работодателям нужно будет в три раза меньше средств чем в 2017. И если НБУ официально оценил влияние роста минималки на инфляцию в 2017 году в 1,0 п.п., то при росте с 3200 до 3723 грн это влияние может быть меньшим раза в три, т.е. практически неощутимым.

Во-вторых, помня эпопею с повышением минимальной зарплаты в 2016-2017 гг., могу сказать, что повышение на бумаге минималки на 523 грн вовсе не означает, что все работающие прямо с января начнут получать на 523 грн больше.

Малый и средний бизнес хитрит, прячась за почасовую оплату, нанимая работников без их официального оформления и т.д., поэтому при росте налоговой нагрузке страдает в основном крупный бизнес и бизнес, принадлежащий нерезидентам, который привык работать «в белую».

В-третьих, и наверное это главное, нужно учитывать, что вместе с инфляцией 2017 года выросли и масштабы доходов Минфина. То, как активно скапливался «жирок» в сегменте государственных финансов в 2017 году, было хорошо видно по динамике остатков на Едином казначейском счете: за последние месяца три остаток там ниже 40 млрд. грн. не опускался. Т.е. для Минфина выполнить волю правительства +523 грн и даже президента +900 грн будет совсем не проблемой.

Фото: Сергей Нужненко

Рост минималки не спасет от остальных рисков

Как видим, вопли о том что из-за роста минималки сильно вырастет доллар или будет большая инфляция, остаются полным бредом, рассчитанным на неподготовленную аудиторию. Тем не менее, этот ход президента не сможет спасти нашу экономику от остальных рисков. Также он негативно будет влиять на занятость и качество экономического роста. Как показывают предварительные итоги 2017 года, рост, стимулируемый за счет бюджетных затрат, хорошо влияет на розничную торговлю, и при этом способствует росту потребления импорта. Также в почете строительство и связь, а вот на с/х и промышленность прямого влияния нет.

Рост налоговой нагрузки на компании, а именно так воспринимает бизнес эти нормы, будет сокращать число занятых в официальном секторе и лить воду на мельницу теневой экономики. Если все это еще удобрить мораторием на проверки и существованием упрощенки, то у нас получиться довольно неплохой уголок, где предприниматели смогут от дохнуть «в тени». Но, с другой стороны, это и есть естественный компенсатор непомерной налоговой нагрузки на фонд оплаты труда.

То, что инициатива с минималкой в 4100 грн не несет большой инфляционной нагрузки, не означает, что в 2018 году ее не будет. Мы видим по 2017 году, что часть инфляции носила административный характер (коммуналка), а часть была нам экспортирована соседями (продукты питания). Вода, свет, отопление, услуги ЖКХ – это все пока что находилось под административным влиянием правительства. И вряд ли аппетиты в 2018 году будут меньше чем в 2017 году.

Что же касается продуктов питания, то здесь довольно сложное влияние на уровень цен через цепочку взаимозаменяемых продуктов. К примеру, решили увеличить экспорт мяса птицы и продуктов из него, меньше оставляя на внутреннем рынке, – тут же получили повышение цен на внутреннем рынке, что подстегнуло цены на весь остальной мясной ассортимент. Избавиться от этого явления наша маленькая экономика не сможет и коль мы рассказываем, что наша экономика остается открытой, то нам нужно привыкать к тому, что если мы избрали агроспециализацию и собираемся экспортировать продукты, то наш уровень внутренних цен должен быть выровнен с ценами стран-соседей.

Фото: Макс Требухов

Пока радует только то, что при всей открытости наших границ для экспорта такая категория как экспорт продуктов имеет технические ограничения. Например, свинину не так легко экспортировать за рубеж, нужна определенная сертификация. А куриное охлажденное мясо может поставляться вообще в радиусе до 500 км, что ограничивает его регионы поставки, мороженная же курятина – это уже другой продукт, более низкого качества. Тем не менее, рынки зерновых, круп, масленичных культур и подобных продуктов остаются слабо защищенными и можно ожидать, что внутренние цены на них будут следовать пусть не в прямой пропорции, но за мировыми.

Итак, повышение минималки не окажет определяющего влияния на инфляцию, но это не означает что ее не будет. Думаю, что в 2018 году нам следует ожидать инфляцию на уровне 10% и более. Этот темп не должен обесценить минималку инфляционным налогом, но и существенным повышением (даже до 4100 грн) это назвать будет сложно. Бизнес продолжит прятаться за различные возможности оптимизации, а валютный рынок останется во власти внешней конъюнктуры и политических катаклизмов.

Виталий ШапранВиталий Шапран, к.э.н., член исполкома Украинского общества финансовых аналитиков (УОФА)
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook, Twitter и Telegram