ГлавнаяПолитика

«Пропозиція» («партия мэров»): «Они сами нас породили!»

В пятницу в Киеве мэры шести городов – Днепра (Борис Филатов), Кропивницкого (Андрей Райкович), Черновцов (Алексей Каспрук), Николаева (Александр Сенкевич), Каховки (Андрей Дяченко) и Житомира (Сергей Сухомлин), собрались для презентации партийного проекта «Пропозиція».

Более известного в просторечии как «партия мэров» (хотя сами они просят их так не называть). Полноценный съезд «Пропозиції» запланирован на июль (утверждают: к тому моменту, к ним еще «подтянутся» знаковые персонажи), главная цель – координация усилий для местных выборов, но последующей подготовки к парламентским инициаторы союза тоже не отрицают. Хотя признаются: параметров пока не понимают. Что, как минимум, честно – четко обозначать их сейчас было бы шарлатанством. Особенно в условиях «непонятки» с финальной версией закона «о децентрализации».

Фото: Макс Требухов

«Мы эту историю задумывали для чего? Не для того, чтобы переизбраться. Мы бы и так переизбрались. Каждый со своей маленькой партией. Но мы - за идею, как бы пафосно это ни звучало», - подчеркивает мэр Днепра Борис Филатов.

Сразу после презентации «Пропозиції», мэры (за исключением Андрея Дяченко) приехали в редакцию LB.ua, чтобы подробнее поговорить о происходящем.

«Каждый мог пойти на выборы со своей партией. Но мы убрали амбиции»

Итак, «Пропозиція» или «Предложение». Сейчас вас за этим столом пятеро. Логично спросить, как все начиналось, кто выступил инициатором и как происходила координация?

Борис Филатов (Днепр): Мы бы не хотели, чтобы партию переводили как “Предложение”. “Пропозиція” - это именно “Пропозиція”.

…Некоторые уважаемые издания писали: у Филатова, дескать, обида какая-то на Зеленского и он хочет его «проучить», поэтому и собрал мэров - чушь это все собачья.

На самом деле идея витала в воздухе и в один момент просто материализовалась.

Почему она витала?

Децентрализацию и раньше больше имитировали, чем реализовывали, но когда власть поменялась, она и вовсе начала сворачиваться. Все мы помним: досрочные выборы, изменения в Конституцию, административные, территориальные явления, попытка «партизации» выборов - естественно, лидеры территориальных громад все это активно между собой обсуждали. Все - от областных центров до самых маленьких ОТГ.

Спусковым крючком послужил коронакризис. Тогда мы, мэры, вышли к Савику (Савику Шустеру - С.К.) и сказали, что власть с нами не разговаривает. Ребята не дадут соврать (кивает на коллег, - С.К.), у нас было несколько видеоконференций с самыми большими начальниками, только мы не поняли, зачем нас туда приглашали…

Об этих видеоконференциях я наслышана. Так, в ходе одной из них – Андрея Ермака с мэрами и главами ОГА – Геннадий Труханов весьма нелицеприятно прокомментировал грядущее назначение Михаила Саакашвили. И это прозвучало как демарш.

Cлева-направо: Андрей Райкович, Алексей Каспрук, Борис Филатов, Александр Сенкевич, Сергей Сухомлин.
Фото: Макс Требухов
Cлева-направо: Андрей Райкович, Алексей Каспрук, Борис Филатов, Александр Сенкевич, Сергей Сухомлин.

Борис Филатов (Днепр): Мы разговаривали не только с Ермаком, но и со Шмыгалем, с Зеленским. Разговаривать - это хорошо. Правильно, когда есть коммуникация. Но проблема в том, что мы хотим обсудить насущную проблему местного самоуправления, а нас приглашают в ОГА, где сидит губернатор, начальник облсовета и просто зачитывают информационные сводки: сколько человек заболело, сколько выздоровело, сколько купили ИВЛ по каждой области.

А вам нужно сидеть, слушать и кивать?

Алексей Каспрук (Черновцы): Именно. Несколько часов времени тратили на то, что можно свести в одну табличку.

Борис Филатов (Днепр): Словом, была одна видеоконференция Ассоциации городов Украины и наш коллега – глава райцентра, не буду называть фамилию – сказал: “Ребят, ну, сколько можно? Давайте уже сами что-то организуем”.

И сам пропал после этого.

Как давно это было?

Андрей Райкович (Кропивницкий): Месяца два назад.

Окей, но как происходило решение организационных вопросов, коммуникация? Вас всех не только же география различает.

Борис Филатов (Днепр): Мы все друг с другом знакомы. Сережа (Сергей Сухомлин - С.К.) и Саша (Александр Сенкевич - С.К.) давно общаются.

Александр Сенкевич (Николаев): Еще со «Школы мэров».

Борис Филатов (Днепр): Вот, они общались вдвоем. Мы общались вдвоем с Сережей (Сергей Сухомлин - С.К.). То есть, нас стало трое. Потом появился Леша. Затем я позвонил Андрею (Андрею Райковичу - С.К.), а он: “Я давно жду предложений, чего ж вы не звоните?” То есть какого-то конкретного переговорщика, который бы концентрировался исключительно на коммуникативных вопросах, не было. А вчера мэр Каховки позвонил Саше со словами “Что вы там задумали?” Тот пригласил его на конференцию. И он приехал. Решилось все вчера.

Александр Сенкевич (Николаев): Да, вчера, подтверждаю.

Александр Сенкевич
Фото: Макс Требухов
Александр Сенкевич

Борис Филатов (Днепр): Вчера мне тоже звонили пару коллег, но мы пока хотим сохранить интригу, кто именно. Без преувеличения: у нас уже, скажем так, очередь (на присоединение к «Пропозиції», - С.К.).

Меня интересуют «крупняки»: Кличко, Садовой, два Гены – Кернес и Труханов. Пожалуй, мэра Черкасс уже тоже назову.

Александр Сенкевич (Николаев): У Геннадиев своя партия - «Доверяй делам».

Борис Филатов (Днепр): Ситуация такая, что все общаются со всеми. У нас нет секретов, но есть частные переговоры, которые не стоит выкладывать в паблик. …Предлагаю говорить не о прошлом, но о будущем. 3-го июля (в день анонсированного съезда, - С.К.) мы кладем руки на стол и говорим: вот - манифест, вот - программа партии. Кто за – присоединяйтесь. Мы ни от кого не прячемся, никакие истории не придумываем. Каждый вправе выбрать. Сейчас мы не можем обсуждать коллег, которые отсутствуют, - корпоративная этика.

Как, например, Руслана Марцинкива (мэр Ивано-Франковска - С.К.)?

Борис Филатов (Днепр): Например, да. Он поддерживает, условно, саму идею. Но он не может выйти из партии своей (Свободы, - С.К.). Даже не выйти, объяснить избирателям, почему так.

Не может объяснить, почему выбрал в соратники Бориса Филатова?

Александр Сенкевич (Николаев): Нет. Партия местного самоуправления не разрывает шаблон избирателя. А у Марцинкива - своя история, много-много лет работы в движении и с партией «Свобода». Ему тяжело отказаться от этого.

Андрей Райкович (Кропивницкий): У каждого своя партийная история. И есть люди, свободные в выборе, и те, кто много избирательных периодов, пиковых нагрузок прошли, пребывая в одной из политических сил. Вот вы спросили там про Бондаренко… Такие люди есть в «Батькивщине», в бывшей «Партии регионов», ныне в ОПЗЖ, в других политических силах. У нас нет идеи превратить Ассоциацию городов в...

Андрей Райкович
Фото: Макс Левин
Андрей Райкович

В партию мэров?

Андрей Райкович (Кропивницкий): В партию мэров. Мы базируемся не на идеологии, мы хотим, чтобы нашей идеологией была программа развития.

Однако у каждого из вас в регионе своя специфика.

Андрей Райкович (Кропивницкий): Местное самоуправление - основа государства. Его нужно совершенствовать. Вести с теми людьми, которые являются фундаторами, понимают что-то, которые поработали и имеют результат, диалог. Их надо слышать. И ни в коем случае не позиционировать вертикальное управление, что сейчас пытаются сделать.

Алексей Каспрук (Черновцы): В каждом региона, конечно, своя специфика. Но глобально ситуация, на самом деле, мало чем отличается. Люди хотят доступную медицину, образование, хотят работу, нормальную инфраструктуру.

Сергей Сухомлин (Житомир): И независимо от того, какие политические партии у меня представляют депутаты в Житомирском горсовете - «Свободу», «Оппоблок» или «Батькивщину», проекты по развитию города голосуется практически 100%. За исключением тех случаев, когда из Киева поступает указание не голосовать. Например, за бюджет города, хотя от этого зависит выплата зарплат.

От кого поступают указания?

Сергей Сухомлин (Житомир): От партийных офисов. В первый год так было: «Батькивщина» давала команду, и вся фракция «Батькивщины» в горсовете не голосует.

Борис Филатов (Днепр): У меня так «Оппоблок» делает.

Сергей Сухомлин (Житомир): И зал разъединяют не вопросы местного значения, а государственного уровня – как то блокирование Донбасса или российского транзита через Украину.

Борис Филатов (Днепр): Это, по сути, не местное самоуправление уже – центрального уровня вопросы.

Сергей Сухомлин (Житомир): И когда мы голосуем или не голосуем за такие решение, мы выходим за рамки своих полномочий. Это не те вопросы, которые должны приниматься на местном уровне.

Cправа-налево: Андрей Дяченко, Сергей Сухомлин, Александр Сенкевич.
Фото: Макс Требухов
Cправа-налево: Андрей Дяченко, Сергей Сухомлин, Александр Сенкевич.

Борис Филатов (Днепр): В общем, ситуация очень простая. Мы предлагаем участие в нашем политическом проекте всем. Мы ни от кого не прячемся. Но те, кто отказались, в том числе из “тяжеловесов”, попали “в вилку”. Почему? Потому что мы все убрали свои амбиции. У каждого из нас есть свои маленькие партии. Каждый мог пойти на выборы со своей партией - успешно или нет. А мы вот все наши партии «сложили» в общий котел и идем со страной. Идем защищать - за всех. Пусть “тяжеловесы” со своей маленькой партией объясняют обществу, почему они не хотят защищать права местного самоуправления по всей стране.

Потому что мы эту историю задумывали для чего? Не для того, чтобы переизбраться. Мы бы и так переизбрались. Каждый со своей маленькой партией. Мы - за идею, как бы пафосно это ни звучало.

«Есть ребята, которые с нами не идут, но идею поддерживают. Они приедут на съезд в качестве почетных гостей»

Так Кличко к вам присоединится или нет?

Александр Сенкевич (Николаев): Он же боксер: заходит в ринг, осматривается, как что происходит.

Борис Филатов (Днепр): Давайте я скажу метафорой. Мы - команда. Командная партия. Мы играем в командную игру. Но мы не хотим быть массажистами, секундантами.

В отличие от вас всех, Кличко подвешен на крючок и у него самая сложная ситуация. Как известно, в Раде лежит вариант нового «Закона о столице», авторства Александра Ткаченко. Откровенно говоря, я думаю, что он не будет принят. И, если так, то у Банковой в руках останется оружие устрашения – возможность разделить должности мэра Киева и главы КГГА. То есть Виталик выигрывает выборы – тут ни у кого сомнений не возникает – а потом сталкивается с необходимостью создавать большинство в горсовете. И если оно будет не со «Слугой» или сателлитами, на него моментально найдут управу.

Алексей Каспрук (Черновцы): Ну, это не наши проблемы.

Борис Филатов (Днепр): Каждый политик, особенно претендующий на лидерство в стране, должен понимать: он хочет иметь синицу в руках или журавля в небе. Но если человек идет во главе серьезной партии, представляющей местное самоуправление, его не могут проигнорировать - у него мандат от избирателей. Есть ребята, которые с нами не идут, но идею поддерживают. Они приедут на съезд в качестве почетных гостей.

Это кто, например?

Борис Филатов (Днепр): Пока не будем говорить. Они приезжают в качестве почетных гостей, подписывают с нами Меморандум за честные выборы, против произвола, использования админресурса. 

Александр Сенкевич: И за “Муниципальный кодекс”.

Непонятно будет ли принят закон о децентрализации. Александр Корниенко говорит, что нет – не успеют, депутаты – иного мнения. А ведь это напрямую не/повлияет на выборы.

Алексей Каспрук (Черновцы): Мы готовы к любому развитию событий. Понимаем, что могут быть сюрпризы. В том числе, неприятные. В том числе, в последний момент. Они же могут вернуться к идеям, от которых вроде отказались… Как только поймут, что у них отбирают голоса. 

<b>Алексей Каспрук</b>
Фото: Макс Требухов
Алексей Каспрук

К норме о ⅔ округов? (Одним из положений измененного Избирательного кодекса было то, что партия, которая участвует в местных выборах, должна баллотироваться сразу на 2/3 избирательных округов всей Украины. От нее в данный момент отказались - С.К.).

Борис Филатов (Днепр): Идей было много. Я когда-то Виталику (Кличко - С.К.) говорил: чего они бегают, все время что-то придумывают (власть, - С.К.), пусть примут закон о том, что Филатова и Кличко нельзя пускать на выборы. Они же монобольшинство, любой закон принять могут, правильно?

Они придумали разные комбинации, но каждый раз - в результате скандала, противодействия Ассоциации городов, западных дипломатов - происходил откат. Я с Лешей согласен: мы готовы к любому сценарию, потому что сценарии не просчитываются. Утром они говорят: давайте сделаем «партизацию». На следующий день - снизим проходной барьер до 2%. Их прогнозировать невозможно.

Президент же заверил, что никаких проходных барьеров на местных выборах не будет.

Борис Филатов (Днепр): Если они введут норму о ⅔ округов, в нашу партию запишутся все - и жук, и жаба.

«Создать монобольшинство в горсовете не получится. И в этом нет трагедии»

Вам всем важно не только самим пройти, но и взять большинство в горсовете. Иначе попросту не сможете работать.

Андрей Райкович (Кропивницкий): Это хорошая идея. Потому что, к примеру, сегодня в городском совете города Кропивницкий 9 политических сил. Я огромную часть времени трачу на переговоры и достижение результата. Естественно, у меня есть право вето, но постоянно размахивать им, как шашкой, это неправильно. Да и не приведет к объединению депутатов. Но, вместе с тем, в городе сделано очень много всего. Поэтому я хочу объединить профессиональных, подготовленных людей, которые пользуются авторитетом, которые хотят созидать в городе, которым приемлема моя идеология, моя программа развития города. Они не просто поддержат меня, как личность, а будут иметь право быть членами партии и баллотироваться.

Амбиции большие. Я хочу лучшего результата (на выборах - С.К.), потому что тогда и работа будет лучше. Но мы прекрасно понимаем, что создать монобольшинство...

У вас не получится.

Андрей Райкович (Кропивницкий): Не получится. И в этом нет трагедии.

Если будет принят закон о децентрализации, вам нужно иметь свое большинство еще и в исполкоме.

Андрей Райкович (Кропивницкий): В городские исполкомы мы берем профессионалов, кандидатуры предлагает мэр города, голосуют - депутаты.

<b>Сергей Сухомлин</b>
Фото: Макс Требухов
Сергей Сухомлин

Сергей Сухомлин (Житомир): У меня вначале было 23 или 24 члена исполкома, городской совет согласился только на такие условия. Но мы очень долго проводили исполкомы. Через два года работы мы оставили 11 человек, и сейчас исполкомы иногда проводим по 2-3 раза в день, особенно во время коронавируса - по принятию карантинных решений.

Итак, большинство в облсовете.

Сергей Сухомлин (Житомир): Естественно, мы заинтересованы, чтобы партия достойно была представлена на уровне областного совета. Но что-то мое чутье подсказывает, что главы администраций никуда не уйдут (это подразумевается нормами закона о децентрализации, принятие которого откладывается, - С.К.).

Что вы имеете в виду?

Сергей Сухомлин (Житомир): Что реформа будет не до конца проведена, и главы ОГА все-таки останутся. Это - первый момент. Второй момент - при создании районов вводится администрация и на уровне районов. Это - еще одна президентская, абсолютно ненужная, надстройка. Тем не менее надо будет думать еще и о депутатах/фракциях в районных радах.

О, об этом многие ваши коллеги говорят. Когда, в результате перекраивания ОТГ, центр района «накладывается» на центр областного города, например. И они совпадают по размерам. Много и подробно мы говорили об этом в недавнем интервью с Алексеем Чернышовым – профильным министром развития громад и территорий. Конкретно по Житомиру, насколько я помню, район накладывается на город и получается дублирование полномочий.

Сергей Сухомлин (Житомир): Житомирский район – половина области получается.

Закон о децентрализации отозван и находится на доработке. Понятно, что никто из вас не является субъектом законодательной инициативы. Но, возможно, как-то через Кабмин, через Ассоциацию мэров, через мажоритарщиков, вы пытались внести в него поправки? Там весьма спорные моменты в части префектов, в вопросах районирования и т.д.

Борис Филатов (Днепр): Мы, в основном, работаем через Ассоциацию городов.

Сергей Сухомлин (Житомир): Мы собрали 300 тонн писем от мэров, глав ОТГ. Больше 300 подписей. Передали в Верховную Раду обращение от Ассоциации городов. Ассоциация городов присутствовала на заседании комитета Верховной Рады. Пока результата нет. Поэтому, мы, честно говоря, не можем знать, каким будет этот закон.

Борис Филатов (Днепр): Мы очень надеемся, что разум возобладает.

Фото: Макс Требухов

Я разговаривал с Корниенко и с Арахамией о том, зачем они это делают? Эти досрочные, сверхсрочные выборы, Конституция… Можно же сесть, нормально поговорить с местным самоуправлением? Мы для того и создаем партию, чтобы объяснить мировоззренческий конфликт. Этот конфликт буквально породил нашу партию. Они сами нас породили!

Искришь метафорами сегодня. Еще хочу спросить. За каждой областью на местных выборах закреплен куратор от “Слуги народа”. Вы со “своими” кураторами как-то взаимодействуете? Вот, например, в бывшем Кировограде это Александр Дануца и, честно сказать, я считаю, что это вот очень удачное кадровое решение.

Андрей Райкович (Кропивницкий): Мы общаемся, да. Город же небольшой у нас.

Борис Филатов (Днепр): Я «своего» в глаза не видел.

А кто в Днепре?

Борис Филатов (Днепр): Кисель Юрий Григорьевич.

Кто это?

Борис Филатов (Днепр): Криворожский бизнесмен, владелец бетонного завода, друг семьи Зеленских.

Александр Сенкевич (Николаев): Можно небольшое лирическое отступление? На самом деле, любые выборы - это маркетинговая стратегия. “Продать” можно любого кандидата, любую партию...

Борис Филатов (Днепр): Если попасть в запрос общества.

Александр Сенкевич: Верх искусства маркетинга состоит в том, чтобы создать запрос на определенный продукт. Раньше мы себе не представляли телефон без кнопок, сегодня все ими пользуемся. Так вот, наша задача - создать продукт, который будет отвечать современным вызовам. Сегодня современный вызов – это вызов местному самоуправлению.

Если вы смотрели фильм или читали книгу «Дракон» или «Убить дракона», в конце там говорится, что основная проблема - убив дракона, самому не стать драконом. У нас сегодня получилась такая ситуация, что дракон свергнут, но появился новый дракон и он пытается везде расставить своих дракончиков. Мы-то боролись за то, чтобы не было одного мегадракона, который будет управлять всем и проникать, как метастазы, во все места страны. Постепенно таким становится каждый, кто заходит на эту должность. Нет преемственности, происходит новая борьба дракона за выживание. 

Сегодня задача власти - не достичь какого-то результата, какой-то цели. Задача – победить на выборах и создать свое большинство. Может ли большинство (в горсовете, - С.К.) быть целью? Нет. Оно может быть лишь средством для достижения каких-то целей.

Борис Филатов (Днепр): Они пытаются создать КПСС. А я им говорил, что в такой сложной стране КПСС создать невозможно. Виктор Федорович был более решительным парнем, и ребята были более понятные, но и у них КПСС не получилось создать. Мы помним, чем закончилась история «Партии Регионов». Даже в самый ее расцвет, когда в ПР принудительно записывали городских голов, у «Партии Регионов» не было тотального контроля над местными советами. Так зачем опять идти по этому пути?

Александр Сенкевич (Николаев): Если вернуться к маркетинговой стратегии и выборам, то для людей выборы - это борьба не идеологий, но в основном борьба власти и оппозиции. Они постепенно меняются местами. И эта парадигма выборов и смены власти и оппозиции ретранслировалось на местный уровень. Но как можно быть в оппозиции к проблемам города?

<b>Александр Сенкевич и Сергей Сухомлин</b>
Фото: Макс Требухов
Александр Сенкевич и Сергей Сухомлин

…Не может фундамент быть в оппозиции к башне. Если мы хотим построить мощное государство, оно должно базироваться на серьезном фундаменте, которое называется местное самоуправление. Мы не выдумываем ничего. И просим их тоже ничего не выдумывать. Есть Европейская хартия местного самоуправления. Бери и копируй!

Борис Филатов (Днепр): То же самое говорят западные дипломаты. Я сейчас бегаю по посольствам.

Зачем?

Консультируюсь. Стране нужна помощь западных партнеров. И вот они говорят то же, что и Саша - слово в слово. Есть Хартия европейская местного самоуправления – имплементируйте.

О власти: «они не верили, что мы договоримся»

После того, как информация о подготовке к созданию вашей партии вышла в публичную плоскость, не было ли на вас эпизодов давления, вменяний «не делать так», остепениться и т.д.

Алексей Каспрук (Черновцы): В моей региональной ситуации делают все, чтобы меня уничтожить. Мою репутацию.

…Какое-то глупое письмо пришло из НАПК, что мне собираются вручить протокол за коррупцию.

Что-то не указали декларации?

Алексей Каспрук (Черновцы): Нет. Два года назад, когда в горсовете рассматривался вопрос о досрочном прекращении моих полномочий, я принял участие в обсуждении этого вопроса. Конфликт интересов. Я совершил коррупционное деяние.

Андрей, что вы скажете?

Андрей Райкович (Кропивницкий): Нет, не выходили. Мое глубокое убеждение, что сегодня очень востребована политическая сила, которая позволит сделать прогнозируемое управление территорией на ближайших пять лет. И если мы не используем это, если не выстроим формат своего поведения, не столько на выборах местных советов, сколько в перспективе на представительство в Верховной Раде в будущем, обстановка в регионах в целом у нас будет намного сложнее.

На вас, Сергей, давления не было?

Сергей Сухомлин (Житомир): У нас куратор от «Слуги народа» по Житомирской области - глава областной организации Клочко Андрей. Он глава комитета Верховной Рады по вопросам организации государственной власти, местного самоуправления, регионального развития и градостроения.

У которого конфликт с министром Чернышовым.

Сергей Сухомлин (Житомир): Я встречался с Клочко несколько раз. Вопросы касались жизнедеятельности города. Сейчас, допустим, необходимо помочь с ускорением получения декларации на строительство мусороперерабатывающего завода. Никаких предложений с его стороны не было. Они достаточно уверены в своих силах, поэтому никакого давления не было.

Николаев и Днепр что скажут о не/давлении?

Александр Сенкевич (Николаев): Я не могу сказать, что было какое-то давление. Или предложение. Думаю, они нас не рассматривают серьезно, это - раз.

Как угрозу?

Борис Филатов (Днепр): Не верили до конца, что мы договорились.

Борис Филатов
Фото: Макс Требухов
Борис Филатов

Александр Сенкевич (Николаев): Да, это второе: никто не верил, что мы договоримся. На самом деле, мне кажется, что эту историю с 2/3 или 5% убрали как раз потому, что поняли: это угроза, которая может нас фактически объединить в какую-то определенную силу.

Я не думаю, что каждый из нас рассчитывает на большинство в городском совете. Хотя, на самом деле, это очень важно. У меня в горсовете 54 депутата, и 26 из них (почти половина!) - это “Оппозиционный блок”. И это бесконечная борьба цинизма с логикой. Никакой идеологии. Просто нужно показать, что выбрали плохого мэра, и мы ничего не дадим ему сделать. Вот эта глупость, невежество, ханжество порождает такие вот политические группы в местных советах, которые не могут объяснить свое поведение логикой. Кнопки давят, поскольку сказали сверху.

Вы знаете лучше меня: политически активных людей на местах не много и они свободно мигрируют из одной политсилы в другую, не взирая на идеологию.

Андрей Райкович (Кропивницкий): Конъюнктура сегодняшнего политического рынка такова, что большинство более или менее нормальных ЛОМов на местах разбегаются в три основных силы: на западе - в “ЕС” и в “Слугу”, на востоке и юге - в «ОПЗЖ» и «Слугу». А мы себя считаем самодостаточными, как бы это не звучало красиво. Мы - люди, которые могут не бежать за мейнстримом, а - понимая потребности Украины- предложить свою пропозицию.

Вам что-то известно о намерениях Банковой создать под местные выборы, условно, проект «Наш край-2»?

Борис Филатов (Днепр): Нам задавали этот вопрос и более того - уже пытались маркировать. Проплаченные политологи пошли писать гадости, что копия всегда хуже оригинала. Что якобы мы создали «Наш край-2».

Постой! «Наш край» создавался в Администрации президента при Виталие Ковальчуке, и это была системная работа! В данном случае – оставшегося времени, для столь глобального проекта – не хватит. Очевидно же.

Борис Филатов (Днепр): Правильно. Поэтому мы и сказали на пресс-конференции, что это - подмена понятий. Мы создаем партию снизу, а не в кабинете Офиса президента.

Сергей Сухомлин (Житомир): На прошлых местных выборах офис «Нашего Края» не изменил локацию.

В смысле? Что просто передали франшизу по эстафете?

Сергей Сухомлин (Житомир): Можно и так сказать.

Борис Филатов (Днепр): Если они хотят сделать какой-то «Наш край-2», пусть делают. Это - не взлетающая история.

Сергей Сухомлин (Житомир): «Наш край» в Житомирской области активно подбирает людей, которых не может взять, допустим, «Слуга народа» - по идейным соображениям. Это или бывшие депутаты от БПП, или от других политических сил, от «Батькивщины», скажем.

Говорю же: видимо, франшиза «Нашего края» перешла по наследству.

Фото: Макс Требухов

Борис Филатов (Днепр): Я считаю правильным, что на президентские и парламентские выборы был сформирован запрос на новые лица. Но нельзя считать избирателя голодным и навязывать эту протухшую историю второй раз. Мы можем сейчас перейти в штабы, но зачем мы будем нашим оппонентам - даже не оппонентам, потому что мы не оппозиционеры, мы – пропозиционеры - давать подсказки? Вот, у меня от «Слуги народа» три кандидата в мэры. У Сережи в Житомире - уже два штаба и три областных. Пусть со своей партией разберутся.

С чем разбираться, СН не может региональные ячейки собственные сформировать?

Борис Филатов (Днепр): Ну вот. А они еще хотят создать «Наш край-2». Кто этим будет заниматься у них, спрашиается?

Сергей Сухомлин (Житомир): Давайте честно, в «Нашем крае-2» появится достаточно много, в зависимости от области, известных людей.

Кого бы вы выделили в области из известных лиц, о которых говорили?

Сергей Сухомлин (Житомир): Это народные депутаты, минимум 6-7 депутатов областной рады.

Борис Филатов (Днепр): А “Майбах” (партия “За майбутнє” - С.К.) куда девать? У них тоже есть амбиции.

Ну, это немного другая история.

Сергей Сухомлин (Житомир): В Житомирской области в партию «За майбутнє», по моей информации, войдет Развадовский (экс-депутат VII и VIII созывов, известный в регионе политик - С.К.).

Александр Сенкевич (Николаев): Законодательство изменяется, и сегодня законодательство показывает нам, что не будет ограничений по количеству регистраций, процентов и так далее. Поэтому мы увидим огромное разнообразие партий, я уверен в этом.

Фото: Макс Требухов

«Мы не будем в оппозиции к «Слуге»

Сколько вы планируете получить на выборах? В среднем, в процентном соотношении? «Слуга народа» ставит себе задачу - 30-40% плюс бонус.

Борис Филатов (Днепр): По процентам, по цифрам, Сережа, наверное, скажет.

Александр Сенкевич (Николаев): Во-первых, мы не будем в оппозиции к «Слуге», потому что «Слуга» в каком-то смысле - это не идеологическая платформа, не партия с идеологической программой. Это - политическая сила, которая хочет под зонтиком рейтинга президента зайти в местный совет. Я уже говорил, что для них цель – зайти и собрать большинство, а не что-то сделать. У нас есть четкие позиции по развитию наших городов, территорий и некоторые программы, которые мы уже запустили и которые необходимо закончить, вокруг которых мы можем строить нашу политическую агитацию. Мы не хотим быть в оппозиции к действующей власти. Более того, мы считаем, что это невозможно.

Намекаете на то, что вы потенциальные партнеры для создания большинства?

Борис Филатов (Днепр): В том случае, если эти выборы будут честными.

Александр Сенкевич (Николаев): У нас проукраинская позиция, которая касается конкретно местного самоуправления. Если ребята, которые зайдут, будут пользоваться этими, скажем так, направлениями в своей деятельности, мы готовы с ними объединяться.

Борис Филатов (Днепр): Давайте честно говорить, аля-коалиция, по типу как в Верховной Раде, на местном уровне не работает. Поскольку она ситуативная. Депутаты все разные.

В парламентских выборах вы собираетесь принимать участие?

Борис Филатов (Днепр): Конечно.

Сергей Сухомлин (Житомир): По цифрам, мы видим, что задача «Слуги» зайти в местные, областные советы отображает закон о выборах, который был принят. Если вы посмотрите на избирательный бюллетень, то избирателю достаточно сложно разобраться и проголосовать за партию, а потом выбрать человека. Как это будет тасоваться - в зависимости от округа - ранжироваться - сложная история. Есть большая вероятность, что люди будут голосовать за партию и тогда просто зайдет список. То есть основная задача - попытаться завести список людей, которым не придется работать на каждом округе, встречаться с избирателями. То есть завести свою команду благодаря сложному бюллетеню.

Борис Филатов (Днепр): В Польше был опыт: до 50% неправильно проголосовали, не заполнили последнюю графу просто.

Фото: Макс Требухов

Сергей Сухомлин (Житомир): И команда людей расставляется по тому списку, который подаст партия по рейтингу. Все. То есть неважно, какой у кандидата рейтинг, можно получить просто послушную команду.

Уточняем: цифры и парламент.

Сергей Сухомлин (Житомир): Цифры и рейтинги в каждом городе разные. 

Борис Филатов (Днепр): Сейчас их мерить бесполезно.

Почему?

Борис Филатов (Днепр): Во-первых, из-за коронавируса. Люди закрыты, это тоже влияет на качество исследований. Мы лично не проводили социологию. По социологии, которую проводили другие политические партии, мы видим некое падение рейтинга «Слуги народа». Но это ничего не значит. Владимир Александрович - достаточно мощный движок этих проектов, и его приезд в любой город может абсолютно изменить ситуацию. Поэтому мы не должны расслабляться. Мы должны донести свою идею до избирателя, показать свою позицию, дать перспективу и надеяться.

То есть по цифрам пока определенности нет?

Алексей Каспрук (Черновцы): В феврале измерялись рейтинги довольно серьезной рейтинговой группой. Они дают надежду на то, что наш проект правильный и основан на реальных возможностях и на том, что лидер может собрать вокруг себя команду.

Борис Филатов (Днепр): Давайте по цифрам. Мы говорим о цифрах каждого из нас в регионе, у каждого они свои. Но в целом по стране мы посчитать не можем, на местных выборах так не работает.

Сергей Сухомлин (Житомир): По той же социологии, есть люди, которые поддерживают городского голову и до 70% из них могут проголосовать и за партию. Они могут конвертироваться, что, опять же, дает возможность завести достаточно неплохую фракцию в городские советы.

Борис Филатов (Днепр): Но по стране мы считать не можем. Это вообще не считается. С другой стороны, еще непонятно, кто к нам присоединится. У нас уже очередь, понимаешь? Я же говорил.

Давайте о парламенте поговорим.

Алексей Каспрук (Черновцы): Мы сегодня говорили о том, что нам нужно представительство в парламенте, потому что нас не слышит центральная власть по многим важным вопросам для существования городов и ОТГ. Поэтому мы не строим партию мэров, необязательно все из нас останутся мэрами. «Пропозиция» может поддержать каких-то активных, известных депутатов областного совета, городского совета для похода в парламент.

Сергей Сухомлин (Житомир): Сейчас никто из нас не собирается идти в парламент.

Напоследок – вопрос к каждому. Прозвучало, что децентрализация «сворачивается». Хотелось бы понять, как именно это происходит в ваших регионах.

Фото: Макс Левин

Андрей Райкович (Кропивницкий): Мы понимаем и чувствуем, что децентрализация, которую нам предложили, - административного уровня. Она не стала такой, о какой мы мечтали, такой, какой нам преподносили теоретики. Финансовая децентрализация дала возможность нам навести более-менее порядок в программном обеспечении, финансировании программ, развитии городов. Во всех направлениях - в медицине, образовании, культуре, дорожном строительстве. Но у нас есть подтвержденные опасения, что эти вещи опять входят в зону централизации. У нас под любым предлогом забирают финансирование, которое еще не находится в идеальном состоянии.

В противовес нам создают районы. Какие районы? Есть город Кропивницкий с 250 000 населения и виртуально придуманный район, административно созданный, непонятно для чего. Непонятно с какими полномочиями. Непонятно, что он будет делать. Ведь созданные ОТГ уже работают. А теперь опять надо что-то переделывать, переделять. Это вызывает большие сомнения, и все-таки это неправильный путь развития.

Если дали возможность решать, значит не надо перекрывать кислород. Нам дали возможность финансировать образование, потом передали на местное финансирование ПТУ. Ага, наверное, у вас еще много денег, давайте мы заберем акциз. Мы через Ассоциацию городов написали обращение в Кабинет министров, в Офис президента, что этого нельзя делать. Да, нельзя, тогда давайте просто реверсной дотацией заберем все, без объяснения. С нами постоянно стараются держать поводья натянутыми, и это не дает возможности делать долгосрочные прогнозирование планы. А у нас же есть слово и дело. Меня спросят, почему ты пообещал, а не сделал? А я пообещал, потому что у меня был сбалансированный финансовый ресурс. Я четко понимал, что государство определило правила, и нельзя эти правила по ходу игры менять. Нужно их придерживаться, пока не придет отчетный период. Нужен отчет, чтобы понять эффективность той или иной программы, с которой выходит не только мэр, но и группа единомышленников, профессионалов.

Александр?

Александр Сенкевич (Николаев): Децентрализация - по большому счету, это баланс между полномочиями и финансовым ресурсом. А финансовый ресурс - это та конфетка, с которой всегда работала с центральная власть, чтобы усмирять местные советы. Плохо себя ведешь, тебе не дают конфетку, нормально – получишь. Так было при Януковиче. Чтобы получить деньги, нужно было все время ездить в Киев.

Вы говорите про соцэконом.

Александр Сенкевич (Николаев): Да.

Фото: Макс Требухов

Борис Филатов (Днепр): На самом деле, проблемы у всех одинаковые. Есть рациональные, есть субъективные проблемы. Мне вот метро не дают строить. То, о чем сказал Андрей, актуально для любого региона: реверсная дотация, субвенция, соцэконом, ГФРР. Эту историю можно экстраполировать на любой регион.

Что скажет мэр Житомира?

Сергей Сухомлин (Житомир): На самом деле, децентрализация - одна из самых успешных реформ, которая начала реализовываться в Украине. Но со временем центральная власть пришла к пониманию, что, отдавая полномочия и финансовые ресурсы на места, мэры конвертируют это в свои рейтинги. Политические партии увидели в этом угрозу для своего будущего. Пошел процесс отката. И он начался не сейчас. Возьмем несколько небольших примеров. Верховная Рада или Кабинет министров останавливают льготы. С 15-го года у нас в бюджетах нет субвенции на льготные перевозки. Если в 15-м году на дотации по трамвайно-троллейбусному управлению местный совет Житомира выделял в среднем от 3 до 8 миллионов в год, из-за роста цен на электроэнергию для ТТУ в 10 раз и отсутствия дотаций, в этом году у нас будет 140 миллионов гривен поддержки.

Алексей Каспрук (Черновцы): Это у всех так.

У вас тоже?

Алексей Каспрук (Черновцы): Да, плюс нас еще уничтожает оппозиция, мол, мы неэффективные менеджеры, не можем навести порядок. У меня не утвержденный новый тариф по теплу. Два года он оставался самым низким в Украине. И тут заявление президента: «Мы снизим цену на газ, и, соответственно, за тепло вам придут платежки ниже». Мы все-таки сделали перерасчет, имея самый низкий тариф в Украине. В итоге, -50 миллионов у предприятия, задолженность по зарплате, материалов нет, на носу следующий отопительный сезон.

Сергей Сухомлин (Житомир): Еще один момент - передача финансирования ПТУ.

Это старая история. Она тянется еще со времен предыдущей власти.

Сергей Сухомлин (Житомир): Передача финансирования ПТУ за эти четыре года - это примерно -500 миллионов гривен из нашего бюджета. И тебе их не добавляют за счет других ресурсов, никак эти средства не компенсируют. Это второй момент. У нас были ПТУ, в которых на 120 учащихся приходится 90 человек штата. А стоимость одного учащегося в ПТУ примерно под 80-90 тысяч гривен. Выходит дороже, чем ВУЗы. Так работает система.

Алексей Каспрук (Черновцы): Добавлю про ПТУ. У меня город финансирует железнодорожное училище, куда съезжаются учиться дети из соседних областей, а потом идут работать на Львовскую железную дорогу или разъезжаются по областям. Где я здесь? Здесь учатся не черновицкие дети, они не работают в экономике города. То есть фактически город финансирует профтехучилище для “Укрзализныци”.

Фото: Макс Требухов

Сергей Сухомлин (Житомир): Таких примеров можно приводить очень много. Например, в городе сейчас работает много программ - и немецкий банк KFW, и два проекта Европейского банка реконструкции и развития, проект Мирового банка. Это лучший проект в Украине, на мой взгляд. Житомир по реализации этого проекта сейчас №1. Несколько проектов с фондом NEFСO, несколько проектов с другими фондами.

Два года мы получали грант от Республики Словения – 3 миллиона евро на строительство солнечной электростанции для коммунального предприятия. Отвели землю, оформили земельный участок. Стоило больших усилий получить техусловия от облэнерго, согласовать все с энергорынком, сделать полностью проект, пройти международный тендер. Тендер выиграла европейская компания, она получила полтора миллиона на свой счет. Для этого мы должны были получить согласование Минфина. Его подписала Маркарова как заместитель в ноябре-декабре. С января потребовалось новое согласование Минфина, но новый зам Маркаровой, которая уже была министром, его не подписал. Сказал, что проект находится за пределами города. Мы им показали документы, что земля в собственности громады. Они нашли в Бюджетном кодексе норму, запрещающую финансировать за счет бюджетных средств объекты вне населенных пунктов.

Есть такая норма. В Киеве она работает.

Сергей Сухомлин (Житомир): Были встречи на уровне послов. Вопрос по Житомиру поднимал президент Словении. Хорошо, нельзя. Через Ассоциацию городов подаем изменения к Бюджетному кодексу. Объясняем: этот вопрос интересует не только Житомир, это маленький частный проект, но идет объединение громад, им передаются земли вне населенных пунктов. И для того, чтобы развивать эту территорию, необходимо внести изменения в Бюджетный кодекс. Вся страна будет покрыта громадами, эти территории надо как-то развивать. Мы говорим уже о государственном подходе к этой проблеме. Вроде, услышали. Внесли в Верховную Раду поправку, но при голосовании Бюджетного кодекса вместе с бюджетом успешно ее провалили. И что? Словения забрала у нас 3 миллиона евро. На этом проект закончился.

Алексей Каспрук (Черновцы): Я добавлю. У нас хорошие отношения со многими румынскими городами.

Оно понятно - приграничная территория.

Алексей Каспрук (Черновцы): В том числе, типа с Печерским районом Бухареста, «Сектор-1» называется. Так они протянули закон, согласно которому они за муниципальные бюджетные деньги могут финансировать объекты за пределами страны - в Молдове, Украине, Венгрии. В румыноязычных населенных пунктах Украины они строят дома культуры, садики. А мы не можем решить вопрос строительства на территории Житомира, но за пределами города, коммунальной электростанции.

Сергей Сухомлин (Житомир): Есть еще одна проблема - Закарпатье.

Виноградовский район?

Сергей Сухомлин (Житомир): Посмотрите старые и новые карты. Чем они отличаются? И что мы получим там через определенное количество лет.

Возвращаясь к децентрализации, стоит сказать,что первой ее частью была финансовая децентрализация, по которой возникало много вопросов, но она заработала. Теперь должна пройти вторая часть - страна должна быть покрыта ОТГ. По тем, кто не объединился добровольно, принималось административное решения по объединению жизнеспособных громад.

Cергей Сухомлин (справа) и Александр Сенкевич
Фото: Макс Требухов
Cергей Сухомлин (справа) и Александр Сенкевич

В мае Кабмин утвердил последние планы в Запорожской, Львовской и Одесской областях – по объединению ОТГ.

Сергей Сухомлин (Житомир): И там заложено много проблем, которые через год начнут появляться. Но сейчас не об этом. Логика децентрализации была в следующем: есть областная рада, областные администрации убираются. На уровне областной рады есть префект, которого назначает президент как гарант конституции, он отвечает за законность решений, которые принимаются на уровне области или города. А сейчас вводятся районы, в каждом районе тоже должен был возникнуть институт префекта, который будет смотреть за принятием решения этими ОТГ или городами, находящимися на территории района. Потому что местную центральную раду тоже нужно контролировать. Областная рада реализует проекты в рамках области.

Происходит накладка полномочий.

Сергей Сухомлин (Житомир): Самое важное - то, что громада - это местное самоуправление, которое отвечает за жизнь человека на территории. Центральный бюджет распределяет деньги: субвенция на заработную плату учителей, на медицину, на любые государственные программы (пропорционально количеству жителей) или на дороги с учетом протяженности дорог этой громады. Есть прямые и межбюджетные отношения. В этом случае финансирование будет заходить на уровень области, потом спускаться на уровень районных рад. Тут надо договариваться, там надо договариваться, многоступенчатая система договоренности делает этот механизм длинным.

Алексей Каспрук (Черновцы): У нас есть такой Сокирянский район, известный кейс на всю страну. Район должен был быть поделен на 3 ОТГ - Сокирянская, Новоднестровская (это единственный город областного подчинения, где Новоднестровская ГЭС) и еще одна. Это отработали эксперты, проходили общественные слушания. Но что делает администрация? По согласованию с президентом или не знаю с кем принимают решение, по которому Новоднестровская ГЭС отходит другой ОТГ, а город областного подчинения остается прижатым к Днестру без градообразующей ГЭС. Все деньги уходят в ту ОТГ. И если раньше людям нужно было проехать 10 км в центр громады, теперь придется ехать 30.

С Гройсманом были какие-то переговоры?

Сергей Сухомлин (Житомир): Нет. Переговоры были, в основном, с Сергеем Моргуновым, и у них одна команда. Они пойдут, скорее всего, в «Винницкую европейскую стратегию».

Соня КошкинаСоня Кошкина, Шеф-редактор LB.ua
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook, Twitter и Telegram