Предотвратить лучше, чем лечить. Почему на смену ВСП должна прийти полноценная военная полиция?

Не так давно мы с моим другом и соратником Георгием Каландадзе давали интервью для «Апостроф». Разговор получился обстоятельным, долгим и разнообразным по тематике: от грузинских военных реформ до введения института инструкторов в НГУ. Затронули, в том числе, и тему создания полноценной военной полиции. И тут журналист задала вполне логичный вопрос: «Так у нас же есть военная служба правопорядка?!».

Фото: www.mil.gov.ua

Человеку со стороны, собственно, так и кажется: военная полиция у нас уже есть, просто называется по-другому. Даже «Википедия» - и та относит ВСП к военной полиции. И когда читаешь набор функций военной полиции разных стран и нашей ВСП – складывается ощущение, что и так все в порядке. Можете сами убедиться. Однако есть один важный момент: в словосочетании «военная полиция» ключевым является именно слово «полиция». То есть это структура, наделенная полномочиями по проведению следственных действий и ОРД – только занимается она работой исключительно в армии. Грубо говоря, как транспортная милиция, например. И так везде – только не у нас. И очень важно, чтобы при создании военной полиции (а такие планы в МОУ уже есть), все не свелось просто к переименованию ВСП.

Почему наличие функций следствия и ОРД так важны? Дознаватель не имеет права выполнять процессуальные действия. И дознание полноценным следствием не является. По большому счету, оно не несет профилактических функций. В свою очередь, проведение следственных действий позволяет детально изучить правонарушение, выявить все причинно-следственные связи и, возможно, предотвратить целый ряд правонарушений.

Именно вот этой возможности ПРЕДОТВРАЩАТЬ и не хватает ВСП.

Что мешало все эти годы дать возможность ВСП проводить следственные действия? Что мешает это сделать сейчас? Мешает сложившаяся система.

Армия - структура крайне консервативная. Пояснить военным, что что-то не так и нужны нововведения – очень тяжело. В армии вообще не очень понимают инновации в чем-то, кроме вооружения. Вспомните: Генштаб постоянно просит у западных партнеров новое оружие, но очень мало говорит о помощи в обучении офицеров, например.

Но еще больше военные очень не любят, когда к их работе проявляют излишнее внимание, во многом справедливо полагая, что это только мешает выполнению задач. Потому и происшествия, которые случаются в армии, стараются не афишировать. Дознание проводят командиры, военная прокуратура по результатам дознания назначает статью – и вопрос быстро закрывается.

Наличие полноценной военной полиции – это сведение на нет всех попыток «не выносить сор из избы». Армия – это не государство в государстве. Она существует за счет денег налогоплательщиков. И нормальная военная полиция - это электронные реестры уголовных дел, это дополнительные возможности для гражданского контроля.

Второй момент, на который нужно обратить внимание, когда мы говорим о Военной службе правопорядка – это ее численность. В Грузии численность военной полиции составляет приблизительно 8-10% от численности армии. В Украине численность ВСП – менее 1%. О каком контроле правопорядка может идти речь? Ведь людей физически не хватает! Или у нас выше дисциплина или правонарушений столько не совершается? Не сказал бы.

Собственно, по этим причинам команда Международного проекта «Центр подготовки «PATRIOT» и выступает за передачу функций военной полиции Национальной гвардии Украины.

Если контроль осуществляет структура, формально не входящая в систему Минобороны – меньше возможностей оказывать на нее противоправное давление и использовать для того, чтобы «замять» какой-то инцидент. Кроме того, НГУ – структура военизированная. Потому у ее специалистов гораздо выше уровень понимания процессов, происходящих в армии.

Еще один важный момент: Нацгвардия обладает достаточным человеческим ресурсом. Таким образом, снимается вопрос нехватки личного состава и улучшается качество профилактической работы.

Этот вариант был бы идеален с точки зрения системы сдержек и противовесов и, кроме того, был бы максимально выгоден в бюджетном плане. Но для этого, в первую очередь, необходимо решить вопрос о наделении Национальной гвардии Украины функциями следствия и ОРД. Тем более, что для выполнения своих основных задач эти возможности ей тоже крайне необходимы.

Константин Паршин Константин Паршин , Заместитель командира 129 батальона
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook, Twitter и Telegram