Мониторингово-аналитическая группа "ЦИФРА" решила рассмотреть перезагрузку местной власти с позиций кадрового обновления местных советов и их руководства. Объектом анализа стали те новоизбранные депутаты районных советов, которые возобновили свой представительский мандат. То есть те, которые были депутатами соответствующих райсоветов в 2010-2015 гг. Мы решили проверить, изменилась ли их политическая аффилиация за пять лет. Под политической аффилиацией мы подразумеваем субъекта избирательного процесса (политическую партию), который официально номинировал кандидата в депутаты — по партийному списку или в мажоритарном избирательном округе (2010 год) или в территориальном избирательном округе (2015). Также мы отследили политическую аффилиацию вновь избранных председателей районных советов. Предложенный подход не претендует на полноту в анализе перезагрузки местных властей после прошлогодних местных выборов. Однако, он предлагает измеряемые показатели, которые позволяют:
- отследить выбранные политическими партиями модели поведения относительно включения в свои списки кандидатов с предыдущим опытом представительства;
- оценить уровень кадрового обновления депутатского корпуса районных советов;
- проследить, насколько в каждом конкретном случае победителям выборов удалось конвертировать свой результат в такой инструмент контроля как председатель районного совета.
За пять лет политический контекст и предложение на партийном рынке существенно изменились. Предыдущие местные выборы состоялись 31 октября 2010 — через восемь с половиной месяцев после объявления результатов очередных выборов Президента Украины, на которых победил Виктор Янукович. В середине марта 2010 года в результате внесения изменений в Регламент ВРУ в парламенте сформировалась новая коалиция «Стабильность и реформы», в которую вошли фракции Партии регионов, Коммунистической партии Украины, «Блока Литвина» (Народная Партия, Трудовая партия Украины), а также отдельные народные депутаты.
Читайте такжеИтоги местных выборов и работа над ошибками
Вследствие очередных парламентских выборов 2012 года большинство в ВРУ сформировали фракции Партии регионов, Коммунистической партии Украины и внефракционных депутатов. Среди последних был Владимир Литвин — лидер Народной Партии, который победил в одномандатном избирательном округе. Соответственно, "провластными" на временном отрезке между октябрем 2010 и февралем 2014 мы обозначим тех депутатов районных советов, которые избирались по партийным спискам или в одномандатных избирательных округах от Партии регионов, Коммунистической партии Украины, Народной партии. Конечно, этот перечень не является исчерпывающим, поскольку "провластность" в данном контексте детерминируется исключительно тем, какие политические силы формировали парламентскую коалицию или большинство в течение упомянутой временной рамки. Однако для целей, определенных в начале статьи, этого вполне достаточно.
Участие в выборах в 462 районные советы принимала 81 политическая партия, в целом доминировав 97 102 кандидата. В результате от 69 партий в районные советы были избраны 15 052 депутата.
Почти каждый третий депутат районного совета, избранный в 2015 году, был депутатом предыдущего созыва (4 597 с 15 052). Ниже на карте отображен уровень кадрового обновления каждого районного совета. Чем темнее оттенок на карте, тем выше процент присутствия в совете депутатов, которые избирались в этот же совет в 2010 году.
С 4597 депутатов, которые на выборах 2015 года возобновили представительский мандат, 4087 (почти 90%) в 2010 году избирались от десяти политических партий: Партия регионов (1668), ВО «Батькивщина» (843), Народная партия (422), «Сильная Украина » (228), «Фронт Перемен» (218), «Наша Украина »(213), ВО «Свобода» (145), Социалистическая партия Украины (124), «Единый Центр» (119), Украинская народная партия (107).
946 депутатов (20.5%) из 4597 за пять лет не изменили своей политической аффилиации. Больше всего таких депутатов оказалось в ВО «Батькивщина» (625) и ВО «Свобода» (118). Других 3 651депутата на выборах 2010 и 2015 годов номинировали различные субъекты избирательного процесса. Часть таких изменений основывается на понятных политических связях. Например, когда депутаты от Партии регионов переизбираются от «Оппозиционного блока», а «ударовцы» и «народные фронтовики» — от БПП «Солидарность». В первом случае это объясняется политической преемственностью, во втором — координацией между политическими силами накануне выборов. К тому же, такая предвыборная координация происходила в публичной плоскости.
Остальные изменения кандидатами своей политической аффилиации невозможно интерпретировать столь однозначно. Во-первых, это касается тех случаев, когда один и тот же кандидат в 2010 и 2015 году баллотировался от политических сил, между которыми отсутствуют связи правопреемства, так же, как и публичные межпартийные договоренности о сотрудничестве. К таким парам можно отнести Народную Партию и БПП «Солидарность» (132 «общих» депутата), «Сильная Украина» и БПП «Солидарность» (79), Народная Партия и ВО «Батькивщина» (40). Во-вторых, это относится к случаям, когда одни и те же депутаты избираются от политических партий, которые находились на разных концах властно-оппозиционной шкалы. К таковым относятся Партия Регионов и БПП «Солидарность» (330 «общих» депутатов), Партия регионов и ВО «Батькивщина» (73), Партия регионов и Радикальная партия Олега Ляшко (66). В общем, бывшие депутаты-регионалы переизбирались по партийным спискам 48 политических партий, принимавших участие в выборах 2015 года. Кроме упомянутых «Оппозиционного блока» и БПП «Солидарность» существенное число экс-регионалов возобновили представительские мандаты по спискам Аграрной Партии Украины (229), «Нашего Края» (205), «Возрождения» (138).
Читайте такжеКнига: "Запланований хаос" Людвіга фон Мізеса
Политические партии, которые получили значительное количество мандатов на уровне районных советов, использовали различные стратегии по привлечению в свои списки кандидатов с предыдущим опытом представительства. Часть партий номинировала основном тех кандидатов, которые пять лет назад выигрывали выборы под флагами, собственно, этих политических сил (ВО «Батькивщина», ВО «Свобода»). Другие, в том числе только созданные или реанимированные под выборы партийные проекты, привлекали в свои списки кандидатов из разных партийных сообществ (БПП «Солидарность», «УКРОП», Революционная Партия Олега Ляшко и др.) Однако, несмотря на упомянутые различия, в списках едва ли не для каждой политической силы в определенной степени нашлось место для представителей бывших провластных партий. Результаты выборов продемонстрировали не только готовность политических сил предоставлять возможность таким кандидатам баллотироваться, но и готовность избирателей голосовать за таких кандидатов.
В течение двух следующих месяцев после выборов районные советы избирали свое руководство. На момент завершения мониторинга — 20 декабря 2015 — было избрано 462 председателя райсоветов от 35 политических партий.
В целом, количественное распределение председателей райсоветов между политическими партиями, кроме «Оппозиционного блока», в основном соответствует количеству районов, в которых соответствующие партии победили на выборах. Впрочем, представители «Оппозиционного блока» получили только 30 должностей председателей районных советов, победив в 59 районах.
Среди вновь избранных председателей районных советов 231 (50%) избирались депутатами соответствующих советов в 2010 году. Больше всего таких голов в БПП «Солидарность» — 72, «Батькивщине» — 34, Аграрной Партии Украины – 27, «Оппозиционном блоке» — 18, «Нашем Крае» — 16.
Среди председателей райсоветов с опытом представительства в советах предыдущего созыва больше бывших регионалов. Общее их количество — 92 с 230. На втором месте — представители «Батькивщины» с 41 главами районных советов, которые побеждали на выборах 2010 года. От Народной Партии и «Нашей Украины» — 24 и 18 соответственно. На визуализации ниже продемонстрирована политическая аффилиация всех председателей райсоветов, которые избирались в советы в 2010 году, а также их политическая принадлежность на выборах 2015 года.
Нажмите сюда, чтобы перейти к интерактивной визуализации.
Бывшие регионалы занимают сегодня должности председателей районных советов от 18 политических партий. Больше всего — от БПП «Солидарность» (22), «Оппозиционного блока» (17), Аграрной Партии Украины — 13 «Нашего Края» — 12.
В целом, каждый пятый районный совет в Украине сегодня возглавляется депутатом, который в 2010 году побеждал на местных выборах под флагами Партии регионов. Этот показатель является достаточно высоким, учитывая, что только каждый десятый новоизбранный депутат принадлежал к бело-голубой команде пять лет назад. Также экс-регионалы гораздо лучше представлены в сравнении с «бывшими» от других политических партий.
Проведенный анализ и сравнение позволяет сделать определенные обобщения и выводы:
- Во-первых, в результате последних местных выборов произошло существенное обновление депутатского корпуса районных советов. Переизбраться удалось лишь 30.5% депутатов.
- Во-вторых, кардинально изменилось политическое представительство районных советов по сравнению с выборами 2010 года. Изменения, произошедшие в партийной системе на национальном уровне, отразились и на местном уровне. По результатам выборов ни одна политическая партия не получила такого безусловного преимущества в представительстве, как это было пять лет назад.
- В-третьих, несмотря на упомянутые изменения, политические силы, представленные во властной системе сегодняшнего режима, оказались готовыми к политической интеграции части депутатов — представителей прежнего режима. Такая интеграция вполне естествена для «Оппозиционного блока» как наследника, в том числе и кадрового, Партии Регионов. Присутствие экс-регионалов в списках Аграрной Партии Украины, «Нашего Края», «Возрождения» и мелких локальных региональных проектов также имеет свое объяснение. Эти политсилы — реанимированные или созданные под выборы — изначально воспринимались как «обломки» Партии Регионов. Другое дело — парламентские партии Блок Петра Порошенко «Солидарность», ВО «Батькивщина», Радикальная Партия Олега Ляшко. Их позиционирование и публичная риторика позволяют ставить вопрос о том, чем обусловлено появление в их списках представителей Партии регионов и Народной партии. Ведь ни во время избирательной кампании, ни после объявления результатов выборов, упомянутые партии не объяснили свою позицию по этому вопросу.
- В-четвертых, политическая интеграция представителей старой власти произошла не только на уровне партийных списков, но и на уровне руководства районных советов. Важнее этого факта является, собственно, сам сигнал, что представители прежнего режима могут претендовать не только на представительство, но и на первые роли в органах местного самоуправления.
- В-пятых, предыдущие пункты актуализируют две проблемы, с которыми могут столкнуться партии, принявшие в свои ряды представителей прежней власти. С одной стороны, возникает вопрос о лояльности политических неофитов к новым партиям. С другой стороны, их присутствие и дальнейшая интеграция в партийные структуры создает риски возникновения внутрипартийных конфликтов.
- В-шестых, политические партии, особенно недавно созданные, должны уделять большое внимание кадровой политике и рекрутизации. Без выполнения такого «домашнего задания» эти партии могут попасть в ловушку, когда рейтинг партийной поддержки превышает организационный и кадровый потенциал партии. В таком случае придется либо терять на результатах, сохраняя «чистоту» партийных рядов, или привлекать организационно-кадровый потенциал со стороны, «разбавляя» партийные ряды варягами.
Проведенный анализ не позволяет говорить о полной перезагрузке власти. По крайней мере, местной, на уровне районных советов. На данном этапе адекватным является более сдержанное определение, а именно — существенное кадровое обновление, которое, однако, не исключает присутствия в райсоветах представителей старой власти, нашли политическое убежище, чуть ли не во всех партийных списках. Соответственно, это все же Reload, а не Reset.
С полными результатами исследования и визуализацией можно ознакомиться здесь.