ГлавнаяМир

Украине выгодно распустить свою армию

Война в Ливии — это ещё одно доказательство того, что собственные вооружённые силы Украина может совершенно спокойно распустить. Нам не нужны все эти солдаты, генералы, танки, БМП и даже комплексы “Кольчуга”. Это ни в коем случае не сможет защитить Украину от агрессии.

Украине выгодно распустить свою армию

Способна ли Украина отразить военную агрессию?

Ответ на этот вопрос не просто «нет». Ответ состоит из трёх частей. Первое: значение Украины. Второе: характер современной войны. Третье: “тело” современной войны.

Во-первых, при ответе на вопрос о способностях Украины необходимо учитывать отсутствие у нашего государства серьёзного влияния в регионе и существенных энергетических ресурсов. Сланцевый газ и черноморский шельф — это пока из области пожеланий.

К тому же, население Украины в основном лояльно либо американизму, либо его лайт-версии в виде ЕС.

Вот почему Соединённые Штаты не заинтересованы в том, чтобы “подобрать диктатора” (единоличного или коллективного) Украине. А ведь именно это американцы практикуют для государств, которые обладают значительными ресурсами и (или) значительным региональным влиянием.

Как сказал о такой практике конгрессмен Рон Пол, “смотрите, что стало после того, как мы подобрали диктатора Ирану. Продолжалось всё это, конечно, лет 25, но, в конечном итоге, радикализовало исламистов, у них произошла революция, и мы оказались в худшем положении”.

Ещё раз: ни влияния, ни ресурсов, и общество вполне лояльно. Таким образом, войну против Украины с целью смены политического режима Соединённые Штаты вести не будут. Соответственно, украинским вооружённым силам, в таком контексте, даже гипотетически не может представиться возможность выполнить конституционную задачу по защите суверенитета Украины.

Как вы считаете, есть ли в современном мире ещё какое-либо государство, способное вести войну в Европе?

Ну, если Грузию считать Европой...

Вторая часть ответа на вопрос о способности Украины отразить военную агрессию — это характер современной войны.

В мире можно наблюдать новое отношение к войнам. Если раньше воевали за колонии, региональное влияние, жизненное пространство, против красной угрозы и так далее, то теперь воюют исключительно за мир. Тот факт, что все войны в современном мире ведутся за мир, просто-таки доведён до абсурда. Только в течение недавнего времени велись войны за мир против Югославии, Афганистана, Ирака и Грузии.

Часто говорят, будто современные войны ведут за ресурсы. Это заблуждение — в современном мире просто нет такого государства, которое не согласилось бы отдавать свои ресурсы на сносных условиях. Даже Уго Чавес спокойно торгует нефтью, а китайские товарищи позволяют эксплуатировать своих граждан и сами подавляют их профсоюзные и протестные движения.

Вопрос: вы представляете себе такого руководителя Украины, который не сдаст интересы Украины в пользу вероятного противника, а начнёт их защищать посредством вооружённых сил, на что противник (например, США) сможет отреагировать войной за мир?

Ну, или представляете себе Украину, начинающую войну за мир, скажем, против России, вторгшейся в Грузию?

Таким образом, ясно, что Украина просто в силу характера современной войны не сможет в ней участвовать в качестве воюющей стороны.

Сможет участвовать разве что в качестве иллюзии международной поддержки замысла тех или иных милитаристов, и это мы уже могли видеть в Ираке и в Грузии. Но нужны ли для этого вооружённые силы? Или достаточно всего нескольких подразделений?

Кстати, Румынии не составило труда получить территорию Украины в так называемом “международном суде”. А Венгрия осуществляет свою экспансию “паспортным методом”. Совершенно понятно, что только политическое руководство, вовсе не вооружённые силы, в таких условиях, могут защитить территориальную целостность и неприкосновенность Украины.

Третья часть ответа на вопрос о возможностях Украины в современной войне — это новое поколение войн. Современная война — это война шестого поколения, дистанционная бесконтактная война.

Произошедшее в Грузии в 2008 году может ввести в заблуждение, и это исключительный случай, связанный с физическим занятием подконтрольных ещё с 1990-х годов территорий. Однако в современных войнах уже никто и никогда не приходит по суше.

“Представить себе большие танковые клинья, вторгающиеся через западную, южную, восточную границу, сегодня невозможно. Если война придёт к нам, то она придёт через воздушно-космическое пространство, и удар будет нанесён высокоточным оружием. Обратите внимание: удар будет нанесён не по вооружённым силам, если они останутся в прошлом поколении, а по экономике государства, а это уже очень серьёзно”, — это слова из лекции Владимира Слипченко, прочитанной в рамках проекта публичных лекций polit.ru.

Что такое поколения войн? Что такое дистанционные войны?

Слипченко в своих книгах разделил всё прошлое и будущее человечества на два периода: “Доядерный период, который просуществовал 5,5 тысяч лет, и ядерный период, который начался в 1945 году. Это две несоизмеримых по длительности эпохи, но они позволяют сделать вывод, что в доядерный период были в основном контактные войны: рукопашные, потом дистанционные, но их неотъемлемым элементом оставалась та ситуация, когда противники сходились на поле боя и старались друг друга уничтожить. А вот в ядерный период зародились дистанционные и бесконтактные войны, когда государство может нанести удар по территории любого другого государства на нашей планете”.

Слипченко: “Первое поколение войн — это отказ от подручных камней и палок и переход к холодному оружию. Копья, стрелы, луки, доспехи, мечи. Эти войны продолжались на нашей планете 4 тысячи лет. Менялось оружие, менялись материалы, но войны шли в этом первом поколении.

Только в 12-13 веках прошлого тысячелетия, когда в Китае был изобретён порох, появились войны нового поколения. Оружие стало огнестрельным: стрелковое оружие, пушечное оружие. Не нарезное, а гладкоствольное, но оно уже было совершенно другим.

В 18-19 веках произошёл очередной прорыв. Это было связано с нарезным оружием. Наука позволила создать оружие с нарезами в канале ствола. Оно стало многозарядным, более дальнобойным, более прицельным. Войны поменяли характер: они стали более массовыми с точки зрения живой силы, применяющей это оружие; резко расширился масштаб войн. Они стали окопными, дистанционными, хотя контактный характер сохранился.

И, наконец, сто лет назад появилось новое оружие: автоматическое. Сменилось четвёртое поколение войн. Это оружие стали устанавливать на броне-базе, на самолётах, на надводных и подводных кораблях. Человечество получило войны с применением фронтовых наступательных и оборонительных операций стратегического масштаба.

Это четвёртое поколение продолжает здравствовать и сегодня. Многие государства остаются в этом поколении, и Россия [а также и Украина. — lb.ua] сидит в нём корнями.

Но в 1945 году появилось ядерное оружие: атомное, затем термоядерное. Это был задаток для войн пятого поколения. К счастью, после двукратного применения в конце второй мировой войны это оружие более не применялось.

И сейчас, начиная с 1991 года, мы имеем новое поколение войн”. Это войны, оружие в которых — высокоточное.

Слипченко: “Что такое высокоточное оружие? Это такое оружие, у которого вероятность поражения цели на межконтинентальном уровне, даже в условиях помех и неблагоприятных климатических условий, близка к стопроцентной. Выстрелил и забыл. Ракета сама находит и с высокой вероятностью поражает нужную цель.

Это высокоточное оружие сейчас развивается в двух вариантах, в некоторых странах — в трёх [информация по состоянию на 2005 год. — lb.ua]: воздушного базирования и морского базирования; некоторые, например, французы, делают базирование сухопутным.

Но этого мало, американцы пошли дальше. Они применяют это оружие не просто с помощью самолётов и кораблей, а с помощью разведывательно-ударных боевых систем. Это собираемые на период войны в организационную структуру средства разведки, программирования, управления, запуска, наведения и документирования результатов поражения.

Оказывается, когда есть такие системы, можно выиграть любую войну без применения сухопутных сил. И сейчас американцы начинают сокращать свои сухопутные войска. Они уже хотели вообще свести их к нулю, но война в Ираке потребовала их сохранения, потому что они выполняют функцию штыков, на базе которых можно поставить марионеточный режим”.

Если вы хотите примерно представить себе, как это действует, посмотрите фильм «Битва: Лос-Анджелес», он сейчас в прокате.

Это забавно, но там пришельцы атакуют американцев почти так, как американцы сейчас атакуют своих противников. Например, Ирак под управлением Хусейна. Не оставляя ровным счётом никаких шансов на оборону. Правда, в отличие от фильма — и не оставляя шансов на контактный бой.

Слипченко: “Если во время второй мировой войны, чтобы уничтожить железнодорожный мост через крупную реку, надо было послать туда 4,5 тысячи самолётовылетов (один самолёт должен участвовать много раз) и сбросить на этот мост порядка 9 тысяч авиационных бомб, то во время войны во Вьетнаме такой мост уничтожался примерно посредством 90 самолётов, которые приносили туда 200 управляемых авиабомб. А вот в Югославии в 1999 году такой мост уничтожался уже одним самолётом и одной крылатой ракетой.

Когда в 1991 году началась война в зоне Персидского залива, Ирак был очень хорошо подготовлен к войне четвёртого поколения. У него было 60 ракет “Скад”, дальность поражения до 400 километров. У него была мощнейшая авиационная группировка: более 300 боевых самолётов, 35 зенитно-ракетных комплексов, достаточно современных. Очень много пусковых механизмов ПВО, которые позволяют с плеча выстрелить по летящей цели. Они не наводятся, просто сами ищут цель. И плюс к этому 20 дивизий сухопутных войск. Вот такая была армия у Хусейна.

И представьте себе, что эта армия осталась незадействованной.

С самого начала войны были уничтожены все ракеты и вся система ПВО — бесконтактным способом. А по сухопутным войскам американцы жалели наносить удары высокоточными боеприпасами, потому что в той войне у США было всего около 300 крылатых ракет, и все они пошли на военную инфраструктуру и на экономику. И 85% иракского экономического потенциала было уничтожено бесконтактными средствами”.

В войне против Югославии действия США оказались ещё более новаторскими. Слипченко: “Первые 6 недель шла дистанционная бесконтактная война. Было применено порядка 1500 высокоточных крылатых ракет. Они были пущены с большого расстояния — ни один самолёт и ни одна лодка не зашли в зону поражения ПВО Югославии. Сама система ПВО была уничтожена в течение первых суток.

Почему? Откровением для нас стало, что американцы использовали то, что все системы ПВО в мире, в том числе и российская, построены на базе активной радиолокации. Нельзя уничтожить самолёт, если его не обнаружить радиолокатором. Если его не подсветить другим локатором. Если не навести на эту цель зенитную ракету.

Американцы это использовали. Они запустили несколько спутников, которые висели над Югославией и регистрировали каждое включение локатора на земле. После этого они немедленно посылали в точку излучения снаряд с воздушного или морского носителя. Таким образом, в течение суток было уничтожено 75% зенитно-ракетных комплексов ПВО.

Сербы испугались. Они практически лишились системы ПВО. То, что у них осталось, они выключили и спрятали под землёй. Поэтому что-то сохранилось, но в целом система ПВО была разрушена именно из-за того, что она была основана на радиолокации”.

Точно таким же способом построена и система ПВО России, и система ПВО Украины.

Слипченко: “Высокоточные крылатые ракеты запускались с расстояния от 80 до 800 километров и очень точно поражали все цели. На территории Сербии и Косово подлежало уничтожению порядка 900 объектов экономики и военной инфраструктуры. Туда было отправлено 1,5 тысячи высокоточных крылатых ракет, которые всё это уничтожили с эффективностью порядка 75-80%.

Что получилось: в этой войне не было театра военных действий. Когда он есть? Когда противники встречаются в противоборстве. А здесь не было борьбы: один наносит удар из воздушно-космического пространства, а второй не может его отразить, ему нечем его отразить”.

Так вот, у Украины в подобной войне также не будет шансов отразить хотя бы какой-нибудь удар.

А что Россия?

В этом контексте важно вспомнить несколько новостей.

Во-первых, реакцию Владимира Путина на бомбардировки Ливии и слова о «правильности решения российских властей укреплять обороноспособность государства».

Во-вторых, новость о том, что в рамках российской государственной программы вооружений на 2011-2020 годы объёмом 19 триллионов рублей [более 670 миллиардов долларов. — lb.ua] ведётся создание новой жидкостной межконтинентальной баллистической ракеты, которая должна будет заменить устаревшие РС-20 (Р-36М, SS-18) и РС-18 (УР-100Н УТТХ, SS-19). По словам первого замминистра обороны России Владимира Поповкина, военное ведомство заказало разработку ракеты с десятью боевыми блоками индивидуального наведения. В 2009 году командующий РВСН Андрей Швайченко заявил, что ракета будет создана к концу 2016 года.

В середине декабря 2010 года генеральный директор “Корпорации Рособщемаш” Артур Усенков заявил, что новая ракета будет способна прорывать любые существующие и перспективные системы противоракетной обороны. Как отметил генеральный конструктор баллистических ракет “Булава” и "Тополь-М" Юрий Соломонов 17 марта 2011 года, американская система противоракетной обороны в настоящее время не способна сбивать баллистические ракеты, летящие со скоростью десять километров в секунду. “Эта задача технически не решаема”, — заявил Соломонов, добавив, что и решение задачи распознавания боеголовок среди массы ложных целей невозможно.

Украина может хотя бы что-нибудь в военном смысле противопоставить 670 миллиардам долларов на перевооружение российской армии?

Война в Грузии в 2008 году показала, что ни одно государство на планете не вмешается в войну, которую ведёт Россия. Поэтому даже если вообразить совершенно фантастический сценарий войны России против Украины (хотя зачем им военная экспансия, если российские деньги завоёвывают Украину достаточно эффективно?), то разве могут быть в этой войне существенные шансы на победу у Украины?

Наше государство не в состоянии поддерживать свои вооружённые силы даже на приличном для четвёртого поколения войн уровне. О пятом и шестом поколениях — и речи быть не может.

При этом призывное рабство — продолжается.

При этом военное ведомство и тема армии вообще активно используются как для разворовывания общественных средств, так и для удовлетворения политических, нарциссических амбиций разного рода сомнительных личностей.

Так что, статья 17 Конституции Украины в современных условиях — уже даже не фантастика, а фэнтези: “Оборона Украины, защита её суверенитета, территориальной целостности и неприкосновенности возлагается на Вооружённые силы Украины”.

Эту задачу может выполнить исключительно политическое руководство государства.

Вот почему единственными “вооружёнными силами” Украины на данном этапе могут быть разве что сила международного конформизма и сила максимального развития торговых, дипломатических и культурных связей.

И вот если с конформизмом у Украины всё более-менее в порядке, то с остальным — большие проблемы. Которые решать нужно немедленно. Одновременно — думая о том, как не реформировать, а распускать ни на что не годную в современных условиях и не способную быть обновлённой армию.

Дмитрий ЛитвинДмитрий Литвин, журналист
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook, Twitter и Telegram