Эклектичный и с самого начала не выполнимый полностью «Минск-2», тем не менее, служил до этих событий достаточно эффективным каркасом для недопущения резкой эскалации конфликта. Те эксцессы, которые происходили в нарушение правил этого документа неустанно именовались политиками «нарушением «Минска-2». Подразумевалось, что они могут быть устранены и не ставить по угрозу само существование этого мирного плана.
Теперь же развитие реальной ситуации просто поставило перед фактом появления в зоне конфликта качественно новой реальности. Поставило и нашу страну, и Россию, и западных посредников. Поэтому и стала такой нервно-острой реакция главы Представительства Европейского союза в Украине Хьюга Мингарелли и французского МИДа на решение СНБО о грузовой блокаде ОРДЛО.
Европейские дипломаты - равно как и их украинские, и российские коллеги - на уровне официальных заявлений говорят и будут еще некоторое время продолжать говорить о том, что «Минск» живее всех живых». Их логика волне понятна: нужно хоть какое-то подобие работающей рамки для ограничения интенсивности конфликта. И хоть иллюзорная, но всё же официально признанная сторонами конфликта перспектива достижения мира после прохождения всех ступеней Минского алгоритма умиротворения.
Но это временная констатация не отменяет двух непреложных фактов. Первый - после последних коренных изменений ситуации политикам так или иначе придётся признать недееспособность «Минска» как способа урегулирования конфликта на Донбассе. Второй - нужен качественно новый подход для решения этой большой проблемы. «Качественно» - потому что общие и рамочные документы типа «Минска» (и №1, и №2) или соглашений с США по Сирии используются Россией исключительно как эффективный инструмент «гибридной» агрессии. Штаты, когда это увидели, сразу вышли из этого соглашения.
Читайте такжеКучма: ни на уровне Минска, ни на уровне глав МИД мирные переговоры не движутся
Мы же вынуждены использовать эту успешно навязанную Россией «удавку» уже больше 2,5 лет - с момента подписания первого «Минска» в сентябре 2014-го. России исключительно выгодна эта «удавка» не определенных предельно чётко и жёстко зафиксированных шагов по разрешению конфликтов. Потому она старается как минимум ситуацию законсервировать максимально надолго. А как максимум - «размыть» эту общую рамку ещё больше. Так с подачи Москвы и появился проект ещё более аморфной «дорожной карты», который был обречён заведомо
И нынешняя ситуация с фактическим демонтажем «Минска-2» - исключительно удобный момент для того, чтобы переформатировать и сам процесс по урегулированию конфликта на Донбассе, и наши место и роль в этом процессе.
Точкой отсчёта здесь является новая реальность в зоне конфликта по сравнению с февралём 2015-го, когда был подписан «Минск-2». Единственной относительно стабильной составляющей конфликта остаётся военное противостояние. Интенсивность которого Россия регулирует в «ручном режиме» в зависимости от тех тактических задач, которые она решает в данный момент.
Зато в других важнейших составляющих произошёл перелом в сторону закрепления контроля России над не контролируемыми нашей страной территориями. (Фактически правильнее теперь называть эти территории «подконтрольными России»). И соответственно потеря Украиной всех важнейших рычагов влияния на ситуацию в сепаратистских анклавах. Что делает на практике не возможной реинтеграцию этих территорий ни в ближне-, ни в среднесрочной перспективе.
Читайте такжеВ Минске пройдет встреча "нормандской четверки" на уровне помощников президентов (обновлено)
Приходится признать - пока только на экспертном уровне - что эти территории фактически живут уже не в украинском, а в российском политико-экономическом пространстве. То есть, ситуация на практике вплотную приблизилась не к варианту реинтеграции этих территорий в Украину, а к реализации международной юридической нормы: кто территорию оккупировал, тот и несёт полную ответственность за обеспечение потребностей населения, которое на этой территории проживает.
Это вариант мы уже проходили с Крымом. На Донбассе, конечно, есть и будут нюансы. Поскольку "республики" Россия в обозримом будущем наотрез отказывается присоединять. Зато по сравнению с 2014-ым существенно возросла вероятность официального признания ею "ДНР-ЛНР".
Справедливости ради нужно сказать, что и Украина своими действиями ускорила процесс развития ситуации с ОРДЛО по крымскому сценарию полной ответственности страны-оккупанта. Начиная с финансовой блокады ОРДЛО и заканчивая полной блокадой грузоперевозок.
Фиксация новой реальности на Донбассе, полностью вышедшей за рамки «минского процесса» потребует и времени, и значительных усилий от всех участников процесса. Альтернатива этому, конечно, есть - продолжать жить по принципу «Есть только «Минск» - за него и держись». Следуя этому принципу, мы продолжаем нести людские потери из-за боевых действий. А также уже потеряли все рычаги влияния на ситуацию в ОРДЛО, эти территории «уплыли» под контроль России.