ГлавнаяБлогиБлог Дарьи Бадьёр
Спецтема
Фестивальные дневники

ОМКФ: Старикам здесь место

Пока что на Одесском кинофестивале показали только 5 конкурсных фильмов, два из которых вполне могут претендовать на зрительскую награду. Остальные, впрочем, хочется забыть, как страшный сон.

Кадр из фильма Ланчбокс
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма Ланчбокс

По состоянию на день понедельника, лидировал фильм “Ланчбокс” Ритеша Батры - весьма трогательное индийское кино (не в том значении слова “индийское”, к которому все привыкли) о том, как коробка для обедов, отправляемая каждый день заботливой женой своему мужу, решает судьбу двоих людей. Коробка со вкусными блюдами, которые женщина готовит в угоду своему мужу - поскольку считает, что теряет его - случайно доставляется другому мужчине - одинокому и озлобившемуся вдовцу, потерявшему веру в самого себя.

Любопытно, как происходящее в “Ланчбоксе” рифмуется со всем, что связано с едой - именно она становится первым и наиболее универсальным языком коммуникации между двумя незнакомыми людьми. Настроения героев, меняющиеся от одного такого послания к другому, переданы очень тонко, практически на полутонах - и тут нужно отдать должное актерам, разрушающим стереотипы о том, как должны играть актеры фильмов, снятых в Индии.

Удивительно, как режиссера не перекосило ни в сторону мелодрамы, ни в сторону драмы социальной: ничего из предложенного Ритешем Батрой не навязывается, а довольно логично вписывается в сюжет: женщина не может уйти от своего мужа просто так, а мужчина не может смириться с наступающей старостью - он понимает, что, возможно, становится слишком слабым для полноценных социальных связей, в том числе и романтических.

Фильм действительно достойный, хоть и немного затянутый.

Итало-чилийское “Будущее”, одну из ролей в котором сыграл Рутгер Хауэр, напротив, оказался чудовищной картиной со всеми вытекающими последствиями. Актриса, подражающая популярной нынче Нуми Рапас, закадровый текст, сигнализирующий о неспособности сценаристов поместить все нужные месседжи в кадр, едва уловимый смысл всего происходящего и все в таком духе.

Начавшись намеком на “Цементный сад” (что, при должном развитии, могло бы превратиться во что-то интересное) , “Будущее” миксует мистику, семейную драму, драму о взрослении и лавстори с каким-то пугающим остервенением. В итоге сценаристы и режиссер оказываются не в состоянии вырулить из этого океана бессмыслицы, и идут на дно вместе с прекрасным Рутгером Хауэром, играющим слепого экс-бодибилдера, бывшую звезду фильмов категории Б.

Кадр из фильма Пчелка
Фото: ОМКФ
Кадр из фильма Пчелка

Фильм Валерии Голино “Пчелка”, показанный в одной из программ Каннского кинофестиваля, поднимает, по всей видимости, актуальную для стареющей Европы проблему эвтаназии. Весьма неплохо снятой картине о том, что добровольная смерть - это, прежде всего, выбор, не хватает вспомогательных конфликтов. Вернее, ей не хватает конфликта основного, а уж те, что выписаны в самом фильме, можно было отодвинуть на второй план.

Главная героиня, Ирэн, не получив полного медицинского образования, занимается тем, что проводит эвтаназии - нелегально, разумеется. Пациенту, страдающему от смертельной болезни, предлагается несколько вариантов развития событий, он выбирает, платит деньги, и к нему приходит Ирэн, чье кодовое имя “Пчелка” дало название фильму, и проводит процедуру эвтаназии. При этом Ирэн считает, что эвтаназия и самоубийство - это разные вещи, и человек, болеющий, к примеру, раком, имеет полное право убить себя, а вот человек, страдающий от депрессии и разочарованный в жизни, - нет.

Проблемы старости и смерти и сопутствующие им феномены давно уже беспокоят старушку Европу. Что делать, если ты постарел и не успел прожить жизнь так, как мечтал в 19 лет? Что делать, если тебе хочется покончить с собой, но нет на это смелости? Что делать, если в мире больше не осталось для тебя красоты и смысла? Виктория Голино пытается ответить на эти вопросы, но удается пока не очень хорошо, - если судить строго. Впрочем, свою задачу - вписаться в критерий арт-мэйнстрима - картина выполнила на “5”.

Румынский фильм “Люди и звери” оказался довольно странным, хоть и утомительным, экспириенсом. С одной стороны, это ловкая зарисовка на тему того, что люди в каком-то смысле гораздо хуже животных, а с другой - довольно утомительная история одомашнивания нескольких одичавших жителей одного дома.

Практически весь фильм выстроен на длительных диалогах, снятых средними планами, захватывающими обоих собеседников. Ракурс съемки во время диалогов практически не менялся, и потому наблюдать эти фонтаны румынской харизмы и остроумия со временем становилось затруднительно.

В “Людях и зверях” рассказывается об обитателях одного дома, чьи взаимоотношения неизбежным образом рифмуются с отношением к животным. Каждая сцена, в которой происходит взаимодействие героев, прописана через домашнее - или не очень - животное: жена приносит домой живую курицу, чтобы ее зарезать и приготовить - зарезать ее некому, за это берется дочь-школьница в обмен на карманные расходы; муж в другой семье приносит кролика, которого дарит сыну, а потом пускает этого кролика на рождественский ужин; семейная пара не знает, куда девать кошку своей дочери, но когда дочь погибает, именно эта кошка становится существом, способным сплотить мужа и жену. И так далее.

Но из-за того, что фильм перегружен не всегда хорошо прописанными и динамичными диалогами, “Люди и звери” становятся слишком тяжелыми для восприятия и, уж тем более, для осмысления. Режиссер так и не смог выбрать, чего хочет больше - вывалить на зрителя харизму своих соотечественников или показать неочевидные связи между животными и людьми, которые ему удалось усмотреть.

Дарья Бадьёр Дарья Бадьёр , Редактор раздела "Культура", кинокритик
Читайте главные новости LB.ua в социальных сетях Facebook, Twitter и Telegram