Данная «ревизия» является абсолютно ожидаемой. В течение 2015-2016 годов регулятор анализировал деятельность крупнейших игроков, и представители НБУ не раз заявляли, что очередь дойдет и до меньших участников рынка. Плюс ко всему, очередной этап диагностики предусмотрен договоренностями между Украиной и МВФ. Причем, в версии меморандума, датированной сентябрем 2016 года, было указано, что стресс-тестирование должно завершиться уже в июне 2017 года. Но, предсказуемо в НБУ решили увеличить сроки в связи с завершением истории с Приватом и другими банками ТОП-20.
Сомнений нет: далеко не для всех стресс-тесты пройдут безболезненно, и немалому количеству банков потребуется докапитализация. Вопрос в том, какое количество акционеров сможет и захочет вливать в своих подопечных деньги? Ведь многие банки стали для их собственников «чемоданом без ручки», и они ищут любую возможность избавиться от этого бремени. Поэтому не исключено, что до конца года мы станем свидетелями ухода с рынка еще 10 и более игроков.
Впрочем, и для тех банков, которые не хотят бесславно покинуть рынок с опущенной головой, а намерены и дальше развиваться, положительных сценариев немного.
Финучреждения, которые своими силами не смогут достичь минимально требуемой капитализации, будут вынуждены консолидироваться и объединяться, либо примыкать к более крупным и сильным коллегам по цеху. Такой путь, безусловно, вынудит некоторых участников рынка пересесть на скамью запасных, но позволит сохранить бизнес, избежав ликвидации.
Читайте такжеНБУ распределил банки по группам на 2017 год
Только вот сложность в том, что слияние и присоединение – очень трудоемкие и пока толком не отрегулированные на законодательном уровне процессы. Одно из главных препятствий заключается в необходимости согласовывать сделку в Антимонопольном комитете, что существенно затягивает слияние. И хотя еще в марте 2016 года НБУ выступил с инициативой дать банкам, рыночная доля которых не превышает 0,5-1%, проводить объединение в обход АМКУ, соответствующий законопроект завис где-то в кулуарах парламента. И шансы, что он будет рассмотрен в ближайшем будущем, невелики.
Не говоря уже о выработке новых бизнес-моделей, интеграций IT-платформ и бизнес-процессов и т.д.
Остальным участникам рынка придется искать средства на выравнивание своего финансового состояния и приведение текущей деятельности к нормативам. И в НБУ уже не раз говорили о том, что регулятор готов гибко подходить к формированию программ докапитализации и даже предоставлять отсрочку на пополнение капитала. Поэтому для банков, которые не испытывают катастрофического дефицита ликвидности и могут заручиться поддержкой акционеров, вариант «мягкой» докапитализации будет наиболее приемлемым.
Правда, не стоит считать, что вливание денег по итогам стресс-тестов решит копившиеся годами проблемы. Конкуренция все жестче, и небольшие банки вынуждены не только отстаивать перед НБУ свое право оставаться на рынке, но и отвоевывать место под солнцем у крупных игроков. И очевидно, что в такой борьбе сможет выстоять тот, кто предложит лучшие условия и нетипичные (индивидуальные) решения, современные сервисы и продукты. А именно небольшие финучреждения и способны дать клиентам гибкость, мобильность и персонализацию услуг. Это как раз то, в чем они выигрывают перед системными банками, качество обслуживания в которых из-за децентрализации бизнеса зачастую страдает. На эти преимущества и нужно делать ставку. В таком случае «прорвавшиеся» мелкие банки не только выдержат «экзамен» Нацбанка, но, что самое главное, смогут занять свою нишу, и успешно конкурировать.
Читайте такжеНАБУ возбудило дело по "пленкам Рожковой" (обновлено)